- Прюэтт, блин! - в глазах Рудольфуса притаился смех, - ты так и будешь тормозить? Не знал, что ты такая трусиха.
- Ты чего пристал? - пробурчала Санька, отмирая и топая дальше. - Шёл бы себе вперёд. Представляю, как вы будете надо мной ржать в своей гостиной.
- Это ещё почему? - удивился префект. - Ты думаешь, я в красках распишу всему факультету твоё путешествие к карете?
- А что, нет, что ли? - грустно осведомилась Санька. Она вдруг почувствовала страшную усталость. Домой захотелось, к бабуле.
- Нет.
- Красноречия не хватит?
- Подлости. Ну и глупости тоже. Зачем нам с тобой ссориться, а, Прюэтт?
- Так я же не узнаю, - усмехнулась она и снова замерла, увидев, как впереди Эжени с деканом Слизнортом и с мистером Ноттом уже забираются в карету. - Мы что, с ними поедем? В этой крошечной карете?
- Ага, зато комфортная и сиденья там мягкие, - широко улыбнулся парень, тоже останавливаясь. - Боишься, что тебе места не хватит?
- Рудольфус!
- Не бойся! ОН наверняка не откажется посадить тебя к себе на колени. Да шучу я! Прюэтт, не смей!
Саньке очень хотелось стукнуть Лестрейнджа кулаком, но слизеринец ловко увернулся.
- Ну пойдём уже, нас ведь ждут. Только хуже делаешь.
- Передай им, что я пойду пешком!
- Мне взять тебя на руки, или сама дойдёшь до кареты? - не менее твёрдо поинтересовался парень. - Ну?
Стало понятно, что он не отвяжется.
- Побежали! - и Санька действительно пробежалась оставшиеся метров тридцать. Это взбодрило.
- И куда вы запропастились, мисс Прюэтт? - покачал головой Слизнорт, когда слегка запыхавшись, девушка залезала в карету. Краем глаза она увидела впереди фестрала - кожа да кости, но как-то не до него стало.
Взгляд девушки заметался. Прав был Рудольфус, мест в этой карете всего четыре. И единственное пустое место рядом с мистером Ноттом, который делает вид, что дремлет, прикрыв глаза ресницами. Или он лорд Нотт? Пока она терзалась сомнениями, мимо неё просочился староста Слизерина и это единственное место занял.
- Мисс Прюэтт, - недовольно проворчал Слизнорт, - вы так и будете стоять? Держитесь тогда. Поехали!
Санька невольно качнулась от рывка кареты и попыталась ухватиться за борт. В ту же секунду, сильные мужские руки схватили её за многострадальную талию и втиснули на скамью.
- Двинься, Руди, - приказал Магнус, хотя тот и так уже прижался к бортику. - Детка, я не кусаюсь!
Он положил руку на спинку сиденья за её головой.
Эжени делала большие глаза и смотрела с сочувствием. А Санька боялась дышать, зажатая между мужчинами. Очень мешали руки, она стискивала ими колени. Осинкина сердилась на привычку мужчин сидеть, расставив ноги, прямо как в метро, в той жизни. От этого она остро ощущала, как всем боком, включая колено и голень, прижимается к Нотту. И ещё кошелёк с галеонами в кармане мантии больно впился в бедро. Ей очень хотелось придвинуться ближе к Рудольфусу, но боялась, что Лестрейндж неправильно поймёт. Или наоборот, правильно, и будет ещё больше потешаться. А ещё в правом кармане лежала волшебная палочка, и совсем не хотелось сломать её о жилистое тело префекта.
Саньке казалось, что поездка длится вечно, и что все слышат, как громко бьётся сердце у неё в груди. Хуже всего, что стало совсем темно, и тактильная чувствительность лишь обострилась. Оставалось только дышать через раз и стараться не шевелиться. Едва карета остановилась у входа в замок, девушка пулей выскочила из жёсткого плена, первой оказавшись на земле.
Дыхание было таким, словно она только что пробежала стометровку. Она еле дождалась, пока спустится Эжени, схватила её за руку и с силой повлекла к ступенькам главного входа. В груди родилось бурное сожаление, что она так и не увидела Хогвартс со стороны магической деревни. А всё этот Нотт!
Ей казалось, что она слышит за собой его шаги.
Перевести дух удалось лишь в Большом зале, и Санька совершенно не помнила, как она туда добралась. Даже потолок не произвёл на неё впечатления. Ей теперь уюта хотелось, а не сидеть в толпе народу и чувствовать себя под открытым небом. Даже голода не ощущала.
- Прости, что тебя бросила, - шепнула Эжени, садясь рядом с ней за гриффиндорский стол. - Я заболталась с профессором. Ты знаешь, что он хочет опять пригласить нас в свой клуб Слизней. И о тебе хорошо отзывался.
В зал ввели бледненьких первокурсников, и в установившейся тишине Санька не стала отвечать. На преподавательский стол она бросила взгляд украдкой лишь раз, разглядев, что и Слизнорт, и Нотт сидят там. Даже Дамблдор не настолько привлекал её интерес, чтобы посмотреть на стол преподавателей ещё раз.