Изнемогая от мучительной боли, Салим протянул руку, с трудом произнеся непослушными губами:
- Кольцо.
И испугался, когда маг наставил на его кисть кончик страшной палочки. Расставаться с пальцами было жалко до слёз. Он уже их не чувствовал. А что этот маг не остановится перед такой мелочью, даже сомневаться не приходилось.
Но нет, кольцо-портал соскользнуло с пальца легко и исчезло в воздухе. Маг ласково улыбнулся, отпуская магически замороженную руку, отчего пальцы закололо словно тысячей иголок. Но по сравнению с болью от раны на груди - это было такой мелочью.
- Облегчить мучения? - спросил всё так же насмешливо жуткий заказчик. Теперь палочка смотрела прямо на Салима. И кончик уже светился зеленью Авады. Или просто казалось?
- Не надо, прошу, - прохрипел Салим, понимая, что от его слов ничего уже не зависит.
Но маг хмыкнул:
- Ладно, живи, - и лицо разгладилось, становясь почти красивым. - Сегодня я добрый.
Воздух взметнулся, и в прозрачном вихре маг исчез, несмотря на антиаппарационный барьер внутри паба.
Салим застонал в голос, рана на груди горела, и кожу неприятно дёргало. Сняв приватные чары, дрожащей рукой он расплатился по счёту, перенёсся в свою нору и зализывал раны до самого вечера, то есть лечил зельями жуткую рану. Помогало мало, но Салим надежды не терял, на родине были знакомые целители, должны помочь, пусть и за большие деньги.
Измученный болью и противной слабостью, Ардо с трудом взял себя в руки только поздно вечером. Пора было навестить родину. А второй заказчик может идти в бездну со своими желаниями. Он отправил ему сообщение, что девушка у него, можно действовать. И на этом всё. Ничто больше Салима здесь не держало. Татуировки нет, он свободен.
Узел с вещами был собран заранее, дорогущий международный порт-ключ изъят из тайника. Салим сунул его в рот и раскусил капсулу. И закружился в вихре далёкого переноса. Понял только, что падает на деревянный пол, услышал чей-то вскрик и потерял сознание от облегчения и скрутившей в который раз боли.
Очнулся от мягких поглаживаний по лицу. Лежал на чём-то мягком. Грудь болела, но терпимо. А над ним склонялась самая прекрасная вейла на всём белом свете. Он рад был, что настроил портал в её дом. И что именно она его нашла, не переехала, не умерла. И всё такая же молодая, желанная.
- Тише, тише, лежи, - она стала настоящей красавицей, какой никогда не была Сельма с её внешностью: та пусть и сводила с ума английских магов, но совсем ненадолго. - Вот, выпей.
- Я вернулся, Ари, - улыбнулся потрескавшимися губами. - Навсегда.
Она кивнула и, дождавшись, пока он выпьет горькое зелье, наклонилась и поцеловала в лоб.
- Спи, милый. Фарид велел спать.
- Фарид?
- Он теперь гениальный целитель, - Ариадна ласково перебирала его отросшие волосы. - Как долго я тебя ждала, милый.
- Фарид? - Салим настойчиво повторил вопрос, чувствуя, как засыпает. Но он должен был знать и удерживал сознание, как мог. Любимого деда Ариадны звали Фаридом. Но старик никогда не был целителем.
- Твой сын. Он уже совсем взрослый, и у нас есть внук. Но тебе надо отдохнуть, Салим. Всё потом. Спи, милый.
***
- Эй, стойте! - Санни вскинулась, проснувшись от звука упавшего мешка. Её тюремщик замер в проёме двери. - Кто вы? Ответьте уже.
- Вы ещё не готовы, - этот холодный голос был абсолютно ей не знаком.
- К чему? К чему я не готова?
Вопросов было очень много, но она торопилась узнать хоть что-то.
- Узнаете позже, - ответили ей так же холодно, и дверь захлопнулась, отсекая её от пути на свободу и неизвестного тюремщика.
Санни вяло потянулась, подползла к мешку и без особого интереса заглянула внутрь. Ну как заглянула - полутьма не давала рассмотреть содержимое. Опять кусок мяса, на этот раз варёного, свежий хлеб, бутылка молока. То, что о ней так заботились - и дарило надежду, и настораживало.
И проверить на примеси не было никакой возможности. Кольцо Реддла, подправленное отцом, по-прежнему не ощущалось. Был вариант, что оно есть и работает, просто еда и питьё действительно «чистые», либо его как-то сняли. Оставалась слабая радость, что никаких изменений в себе не отмечает. Чувствовала Санни себя неплохо, если бы не тоска по всем. Мучилась вопросом, как там Рабастан? За него было страшнее всего. Как бы не совершил что-нибудь непоправимое. Но она не теряла надежду спастись и увидеть его снова живым и невредимым. Обнять дракклова гения, прижаться к нему всем телом, целовать ставшее таким родным лицо, губы, заглянуть в глаза и утонуть в любящем тёплом взгляде...
Знает ли мама, что она пропала? Ей ведь нельзя волноваться. Знает ли о похищении тётушка Мюриэль? Что делает отец? Ему-то уж точно должны сказать. И существует ли зелье поиска? В фанфиках она когда-то читала, точно помнит. Только это не фанфик, а настоящая жизнь.