Оказавшись в выделенных ей комнатах - целых трёх, Люси гневно пнула свой неразобранный чемодан. Надежды он не теряет! Она уже было решила, что новых героев в романе не будет, но теперь передумала снова. Будут! И ещё какие! Отрицательные!
***
Линда Маршалл постучалась в кабинет деда и принялась ждать. Джонатан Дервент всегда строго придерживался Правил Рода и не позволял их нарушать домочадцам. А кроме того, очень ценил в окружающих пунктуальность: не терпел опозданий, тем более не стоило беспокоить его раньше назначенного времени. Раздражать его Линде не хотелось, как и в далёком уже детстве. Хотя, пожалуй, к её нарушениям Правил дед всегда относился довольно снисходительно, пусть ей и казалось тогда, что это не так.
После вызова деда Линда не стала пользоваться ни портключом, ни общественным транспортом. Она закинула в рюкзак самое необходимое, натянула зимнюю спортивную форму, нацепила непродуваемую куртку с капюшоном, замотала шарфом лицо до самых глаз, а последние закрыла усиленными магическими очками с эффектом ночного видения и ясного взгляда - ни одна важная в полёте деталь не пройдёт мимо внимания, даже если она сильно задумается.
Выбрав самую быструю гоночную метлу, с повышенной прочностью и маневренностью, Линда задала координаты родового гнезда на встроенном компасе и гнала так, словно по пятам гнались дементоры. Крутые виражи и опасные трюки выполняла почти машинально, облетая препятствия и уходя от встречных птиц и других помех. Функция невидимости работала исправно, так что надо было глядеть в оба, чтобы в тебя не врезались. Адреналин в крови зашкаливал, и это ей было необходимо как воздух.
Из головы никак не выходила страшная новость. Оказаться дочерью исчадия ада - это испытание точно не для слабонервных. И хотя Линде казалось, что нервы у неё вроде стальных канатов и даже Тёмный Лорд Том Реддл не может сбить её с метлы, в этот раз она была полностью деморализована.
И, казалось бы, какая такая разница? Жила двадцать шесть лет без биологического отца, и проживёт без него и дальше. Пусть гниёт папаша в собственноручно возведённой тюрьме и дальше, только бы не подозревал о её существовании.
А вдруг знает? И что? Добраться до неё всё равно не сможет, он там пожизненно. И вмешаться в её жизнь руки коротки. Только царапало душу и терзало сердце это жуткое знание. А вдруг унаследовала от отца что-то маньячное? Хотя о чем она?! Конечно, она многое унаследовала. То самое, чего не было у матери и вообще в семье, а есть у неё. Та самая сильная магия, дар тёмный и сопоставимый, как оказалось, даже с силой Тома Реддла. То, что скрывала даже от деда, пользуясь крайне редко и весьма осторожно.
Полёт помог - спустя почти семь часов она приземлялась на крыльце родового замка почти спокойной. Не успела войти в дом и обнять бабулю, как явился секретарь деда, а попросту домовик Гас, сообщивший, что Джонатан Дервент примет её ровно через сорок минут.
Пришлось бросить в комнате рюкзак, принять душ за считанные минуты, одеться пристойно - в платье времён Хогвартса, найденное в шкафу, и быстро добраться до кабинета. А это два коридора, в сумме не меньше двухсот ярдов, и три пролёта винтовой лестницы - кабинет Дервента находился в главной башне замка. Перемещаться в замке аппарацией и каминами считалось грубым нарушением Правил. Линда успела. Даже ждала целых три минуты, пока истекут назначенные дедом сорок минут.
На стук дед откликнулся сразу, домовик распахнул в дверь, и Линда вошла в святая-святых Дервент-холла с непривычной робостью. Всю воинственность с требованием ответов она растеряла где-то в пути.
- Присаживайся, - велел Джонатан, указывая ей на кресло у камина. Даже не поздоровался, словно они виделись уже за завтраком. Стоя возле каминной полки, он пристально её оглядывал, заложив руки за спину. Так её обычно встречали, когда она, мелкая, что-нибудь натворила. Разве что садиться не предлагали. - Рад тебя видеть, девочка.
Дед занял своё кресло, и на столике сразу появился крепкий кофе и сандвичи с мясом.
- Здравствуй, дедушка.
- Поешь, - велел непререкаемо. - После поговорим.
Линда не стала перечить, тем более, что голод вдруг ощутила зверский. Смела все сэндвичи с тарелки, ни одного не оставив деду. Впрочем, тот и не претендовал. Попивая кофе, Джонатан наблюдал за внучкой из-под кустистых бровей со смесью умиления и недовольства.