- Не вздумай! - воскликнула Линда, уловив в его взгляде спокойную, но смертельную угрозу её обидчику. - Не трогай его, пожалуйста.
- Нравится?
- Я послала его к тебе просить моей руки, - призналась Линда, краснея. - И теперь даже не знаю...
Геллерт хохотнул.
- Что ж, повидаюсь с ним, раз такое дело.
- Отец!
Он дёрнулся и сразу погасил вспыхнувший радостью взгляд.
- Ради этого стоило тебя увидеть, - произнёс безэмоционально. - Стоило мечтать все эти годы. Стоило жить... Так ты согласна за него выйти? Дать ему добро? Твой дед, как я понял, в сомнениях.
Линда тяжело дышала, приходя в себя. Сама не ожидала, что назовёт его так. Но слова Геллерта попали в самое сердце. Смятение никак не оставляло. И не хотелось признаться самой себе, что ей стало его жалко до боли. До сорванного крика в глубине души. Отчего так?
- Не знаю, - смогла наконец ответить. - Если захочешь. Но ведь это опасно!
- Ты за меня боишься или за него?
Линда беспомощно пожала плечами. Погладила Снежинку по гладкой шее, поняла, что они давно уже топчутся на месте, оставляя рытвины от конских копыт на прилежащем к дороге лужку.
- Что ты будешь делать? Потом? - вскинула она голову, вглядываясь в красивое и такое молодое лицо. А ведь Геллерту сейчас примерно восемьдесят пять лет, если она правильно помнит. Линда в школе писала доклад по нему, даже не догадываясь, кем он ей приходится.
- Поживу, если получится, - пожал он плечами. - Жуткий у тебя отец, да?
Она кивнула. Помолчали.
- Ладно, пора прощаться. С дедом твоим я уже распрощался и коня оплатил звонкой монетой, так что он не удивится. И хотя расставаться с тобой, с мыслью, что больше никогда не увижу, очень не хочется, но... Прощай, Фрейя. И будь счастлива, это будет самый лучший подарок судьбы для меня.
Сделав над собой чудовищное усилие, Линда кивнула и на этот раз осознанно проговорила:
- Прощай, отец!
Он протянул руку к её щеке, но так и не коснулся, посмотрел пристально, кивнул и просто исчез. Вместе с жеребцом. Линда вяло восхитилась его силище.
Возвращалась в поместье медленно, вся под впечатлением от встречи. Перед самыми воротами, которые любезно перед ней распахнулись, вдруг встрепенулась и позвала мысленно Мора.
Ворон завис перед ней трёхмерной картинкой.
«Мор!» - мысленно к нему обратилась.
«Слушаю тебя, Фрейя», - голосом Геллерта ответил Мор прямо в её голове.
Линде захотелось побиться головой о ближайшее дерево. Ну каков прохиндей! Не мытьём, так катаньем.
«Гриндевальд шпионит за мной через тебя?»
«Нет!»
«Как я могу тебе верить?»
«Я не нужен ему для этого, - фыркнул ворон весело. - Есть масса способов следить за тобой и без моей помощи».
«Да ладно?!» - не поверила Линда.
«Мы оба понимаем, кто такой Гриндевальд?» - ей показалось, что ворон поглядел иронично.
«Преступник и лжец?» - предположила она неуверенно.
«Величайший маг в мире, - поправил ворон наставительно. И резко скрипуче рассмеялся: - Ха-ха-ха! Но это не исключает и твоих выводов».
«Утешил», - фыркнула Линда.
«Стараемся», - скромно ответил птиц и даже смущённо потупился, шаркнув лапкой по воздуху.
«С тобой не соскучишься, - не удержалась она от улыбки. - Ладно, исчезни. Будешь нужен, позову».
- Понял тебя, Фрейя, - гаркнул ворон вслух и втянулся в кулон.
- Поганец, - хмыкнула Линда, отчего встрепенулся встречавший её помощник конюха. Он скучал у ворот, ожидая, когда она наконец въедет в поместье. - Я не тебе. Тебя меня встречать послали?
- Ага, мисс.
- Как зовут?
- Мэтью, мисс.
- Возьми Снежинку, Мэтью. Я прогуляюсь.
Она спрыгнула с лошади, потрепала её по холке, отдала поводья мальчишке и медленно направилась к главному поместью, видневшемуся на вершине холма. Ей надо было о многом подумать. Например, о том, почему она так переменилась в отношении Тома Реддла за последние пару дней. Или о том, что думать теперь об отце. Казалось, что встреча с отцом перевернула всю её жизнь. И разделилась она на две части: до того, как узнала, чья она дочь. И после встречи. И что будет дальше в её жизни совершенно не могла представить. Ну и пусть. Надо жить дальше, и будь что будет.
***
К несчастью, сознание, видимо, вернулось практически сразу. Открыв глаза, Санни увидела над собой всё ту же жуткую морду. Зверь медленно, словно растягивая удовольствие, наклонялся к ней, придавив тяжелой лапой к земле. Вязкая слюна из вонючей пасти свесилась, почти касаясь шеи, а лапа на груди ощущалась пудовой гирей, отчего дышать было очень сложно. Она дёрнулась, вспомнив про портключ в Мунго, зверь тут же рыкнул недобро, и рука Санни безвольно упала.