Началось распределение и Санька сосредоточилась на нём. Может, хоть первокурсников будет знать по именам? Однако рассмотреть, что там за малыши надевают шляпу, было трудно с самого конца стола. Оставалось полагаться на слух.
- Аккерман, Барбара!
- Хаффлпафф!
- Сэвидж, Алиса!
- Гриффиндор!
- Свифт, Ричард!
- Хаффлпафф!
Когда дошло до малыша по имени Фрэнк Лонгботтом, которого сразу отправили на Гриффиндор, Санька вспомнила одну из девочек, уже прошедших распределение - Алису Сэвидж. А ведь она присутствовала сейчас при историческом событии! В школу поступили будущие родители Невилла. Они ещё не знакомы, а Саньке уже было жаль их ребёнка. Ведь парень останется совсем один с генеральшей-бабулей. Впрочем, девушка была уверена, что её собственная бабуля, так и не дождавшаяся в гости внучку в том мире, будет покруче. Нельзя позволять Белле запытать этих малышей до потери человеческого облика. Уж за семь лет, пока они окончат школу, Санька обязательно что-то придумает.
- МакНейр, Джефф!
- Слизерин!
Санька всё же глянула на стол преподавателей ещё раз, и вздрогнула, наткнувшись на пристальный взгляд Магнуса Нотта. И что у неё за счастье такое? Не успела стать попаданкой, как тут же угодила на седьмой курс, не зная о магии ни бельмеса. Успела навлечь на себя неудовольствие одного Пожирателя Смерти и выставить себя на посмешище перед другим. Всё-таки нельзя забывать, что Рудольфус тоже примет метку, и, наверное, сразу после окончания Хога. И ещё неизвестно, кто из них был хуже - Нотт или Лестрейндж. Будет, точнее. До первой магической совсем недолго осталось. А может, она уже идёт? Как плохо, что она этой войной как-то меньше всего интересовалась, читая фанфики.
Тарелки внезапно наполнились едой, а Санька даже не слышала приветственной речи директора. Впрочем, она сомневалась, что он сказал что-то шибко интересное или важное.
Что ела на этом ужине, она не смогла бы припомнить и под веритасерумом. И порадовалась под конец, что она не староста, и не ей придётся вести малышей и показывать им дорогу. Хотя, в глубине души, она почему-то довольно хорошо представляла себе путь в гриффиндорскую башню. Это зарождало робкую надежду, что какие-то крохи от памяти настоящей Молли ей всё же перепали.
Глава 3
Эжени убежала к профессору МакГонагал сразу после ужина. Ей следовало забрать расписание для всех курсов, которые префекты-пятикурсники раздадут утром ученикам во время завтрака.
Санька проводила её взглядом, а потом глянула на преподавательский стол. К её удивлению, там уже никого не было, и она завертела головой, пытаясь увидеть, куда они делись.
- Кого-то ищешь? - раздался рядом голос Артура. - Почему вы не сели рядом с нами? Мы вам место оставили, а вы...
- Мы опоздали, - Санька с неудовольствием посмотрела на парня, поднимаясь с места. И улыбнулась подошедшему Робу: - Может, пойдём уже?
Префекты Гриффиндора, пятикурсники Гвен Харрисон и Уолтер Рид, собирали первокурсников, чтобы отвести их в башню. Остальные ученики небольшими группами уже покидали большой зал.
- Ты не против, если мы навестим совятню? - спросил Роб, вертя в руке скрученный трубкой пергамент. - Я обещал родителям отправить сову в первый же день.
- Я только «за», - улыбнулась ему Санька. Они шли к выходу среди толпы школьников. - А ты, Артур, не собираешься писать родителям?
- Потом, может быть, - закатил глаза рыжик. - Как будто ты своим много пишешь.
Девушке стало не по себе. Судя по братьям, родители могли быть очень хорошими людьми, и было странно, что Молли им мало писала. Она сделала себе очередную зарубку - попробовать узнать о родителях хоть что-то. А лучше написать им самой. Завтра.
- Я завтра напишу, - беззаботно ответила она. Напряжение от вечерних приключений потихоньку оставляло её. Путешествие в карете уже не вызывало такого негатива. Ну что такого, в конце концов, не на колени же себе посадил её Нотт, как пугал Рудольфус. И вообще, нечего себя накручивать. Паранойя - не самая прекрасная черта в человеке.
Только сердце снова скакнуло, когда она заметила их в широком коридоре. Магнус Нотт стоял рядом со своей сестрой и снисходительно выслушивал то, что девушка торопливо ему говорила. Валери казалась в этот момент очень красивой и даже трогательной. А вот брат не собирался расставаться с маской надменного аристократа. Магнус оглядывал выход из большого зала, словно кого-то ждал, периодически отвлекаясь на сестру.