Гостиная Слизерина пустовала. Мужское крыло тоже притихло. Но Руди нутром чувствовал, что Басти не спит.
Не успел он постучать в дверь, как рядом материализовался Борги. Ушастый домовик уставился преданно и почтительно.
- Наследник Рудольфус! Борги может проводить вас к хозяину Рабастану.
- Веди, - кивнул Руди, хватая лапку домовика.
В следующее мгновение они были в мастерской. Той самой, что находилась в саквояже Рабастана. Брат даже не повернулся, работал, кто бы сомневался! На этот раз в руках братца тонкие инструменты, а на столе закреплён кусок льда, от которого даже пар поднимается. Точные удары брата откалывают мелкие кусочки, плавильный артефакт разглаживает, расправляет сколы. Басти сосредоточен, на лице вдохновение, окидывает взглядом работу, чуть отклонившись назад, улыбается.
- Слава Микеланджело покоя не даёт? - ухмыльнулся Рудольфус.
- Похоже? - коротко ответил брат, даже не обернулся.
Руди всмотрелся наконец, что это делается со льдом. Один угол большого куба был уже обработан. Чьё-то лицо, щека, глаз, подбородок, непослушный локон, маленькое ушко, пока только контуры.
- Охренеть, - выдохнул Руди восхищённо. - Хотя что это я, кого бы ещё ты стал изображать. А лёд не растает?
- Под надёжными чарами, - Басти взял молоточек и коснулся тонким стилетом возле уха ледовой скульптуры невесты, опять отошёл, примериваясь. - Ты что-то хотел?
- Напомнить тебе, что завтра вообще-то учебный день. Отвык уже от режима? Куда смотрит Борги? Зачем вообще Антуан разрешил взять его в Хог?
Рядом горестно пискнул домовик.
Рабастан фыркнул, погладил своего эльфа по голове.
- Борги молодец, не нужно его ругать. Я почти закончил на сегодня. Ещё пара деталей, наложу стазис и пойду спать. Не стоило тебе беспокоиться.
- Я посмотрю?
Басти пожал плечами и вернулся к работе, а Руди занял кресло у входа в мастерскую. Отсюда было видно часть окна с распахнутой шторой. И беснующийся за окном ночной океан. Хотел бы Рудольфус знать, что сейчас происходит в душе Рабастана, отражается ли мятежная буря за окном или работа приносит умиротворение?
Судя по образу, который он выбивает с такой любовью во взгляде, все мысли его сейчас об Александре. Ревнует, бесится, что не может быть рядом? Или спокоен?
- О чём думаешь? - Руди не ожидал, что тот его услышит.
Басти хмыкнул, мастерски работая инструментами, словно очищая совершенную форму, которая пряталась до поры в ледяном кубе.
- Если бы не Робертс, жить бы нам уже в семейном крыле, - Басти взял салфетку, промокнул лоб и снова склонился к ледяному кубу, придавая контуру губ девушки завершённость. - Этот горец, ведущий её под ручку... Крышу реально сорвало, как удержался, не знаю.
- Я это понял. Но держался ты молодцом.
- Знаешь, Руди, боюсь, лета я не дождусь, - спокойно заявил Басти. - Консумирую брак и гори оно всё огнём.
- Дождёшься, - возразил Рудольфус. - Не мальчик уже. Что я, тебя не знаю?
Басти оглянулся, сверкнул задорной улыбкой.
- Дай хоть помечтать!
- Это - сколько угодно, - Руди ощутил, как комок в горле тает. Сильно выбил его из колеи профессор Донован. А рядом с братом стало легче, как ни странно. Хотя должно быть наоборот, тот ещё вулкан. А у отца ведь и брат старший был, дядюшка Рэй! О нём Руди тоже Донована спросит. - Ты знаешь, что новый декан грифов теперь ведёт Историю Магии?
- Тот самый Донован, что учился с дядей Рэем? - Басти теперь орудовал тонкой кистью, смахивая крошки льда. - Ба сказала, что хороший мальчик, она его знала.
Руди усмехнулся, ругнувшись про себя. Почти решил, что пора зарыть топор войны с вредной бабулей.
- Думаю, он самый. Деда нашего знал.
- Ты на него похож, - покивал Басти. - На портрете он, конечно, постарше, но правда, похож сильно.
- На каком портрете? - Рудольфус даже вскочил.
- У Сольвейг есть альбом магловский, - ехидно ответил Рабастан. - Поинтересуйся у неё на досуге.