И даже не спросил, есть ли им, куда идти. Просто аппарировал вместе со своими аврорами.
Тим фыркнул и, не прощаясь, утопал в один из переулков, а Джордж подарил кривую улыбку вздёрнувшей подбородок Альме.
— Там действительно хреново, — ощутив внезапное волнение, предупредил он. — И не был давно. Может, уже развалины.
Он так и не выпустил из своей её руки. Мир вокруг оглушал, пугал, заставлял нервничать и подавлять желание спрятаться.
— Ничего, — вдруг решительно произнесла Альма и усмехнулась. — Веди уже. Хватит развлекать зевак.
В Хогсмид переместились почтовым камином. Вышли на слякотную площадь под порывы холодного ветра и направились в конец длинной резко заворачивающей к лесу улице.
— Ещё немного через лес, — смущённо проговорил Джордж. — Днём дорога почти безопасна.
Альма лишь кивнула и вынула палочку. Джордж расправил плечи, мысленно подсчитывая, сколько он уже не был здесь. Получалось чуть больше тридцати лет. Совсем мальчишкой взяли в Нурменгард. Сколько ему тогда было? Девятнадцать? Отец только умер, оставив ему в наследство лишь их старую лачугу и мелкие долги. Надо было на что-то жить. И что-то жрать. И приятель из аврората рассказал о вакансии… Напарники сменялись, а он так безвылазно и провёл все лучшие годы в тюрьме. Почти без магии. Теперь многое предстояло вспомнить. Найти работу, позаботиться и о себе, и о хозяйке.
Только в конце пути ждало жуткое разочарование. На месте старой лачуги вырос настоящий каменный дом, обнесённый высоким частоколом. Надо было догадаться, что жильё могут занять. Или спалить, и отстроить новое. Было жутко жалко сил, потраченных на дорогу. Да и сумерки опускались. И в министерство бы, оспорить право на землю.
— Ты говорил хибара? — с пониманием поглядела на него Альма и опустила свой узел на землю. — Тут живут и уже почти ночь. Стучи уж, попросимся переночевать.
Джордж сглотнул, услышав за оградой собачье рычание. Звуки леса за спиной стали пугающими, так что долго не раздумывал, постучал.
Некоторое время никто не отзывался, но вот послышались шаги. Калитка в глухом заборе отворилась, явив им хозяина — высокого мужчину в охотничьем костюме.
«Боевик!» — понял мгновенно Джордж и еле удержался от желания отступить. Но за его спиной была Альма, и отступать было некуда.
— Вы к нам? — спокойно осведомился боевик.
— Заплутали, — соврал Джордж. — Нам бы только ночь переждать. Хлев подойдёт или какой сарай.
Их обоих оглядели придирчивым взглядом. Альма шагнула вперёд, оттесняя его в сторону и заговорила сама:
— Мистер, я хорошо готовлю. Если нужна стряпуха…
— Переночевать пущу, — перебил её боевик, но не грубо. — Но нам никто не нужен. Вы не будете возражать, если попрошу назвать имена и проверю вас?
— Джордж Стоун, — представился тюремщик. — Моя супруга Альма.
Его пышечка благоразумно промолчала. Да и не было тут неправды, завтра же поженятся.
Их провели в господский дом, где встретили на удивление душевно. Даже накормили простой, но вкусной пищей и выпить предложили хорошего вина. Джорджа разморило от сытости и усталости, но проникшись теплотой и участием хозяйки Марты Морн, слово за слово — и он во всём признался. И про тюрьму, где прослужил тридцать три года. И про лачугу даже. Только название тюрьмы не смог назвать. И причину, почему выгнали на улицу.
— А не хотите в ковен? — неожиданно спросила Марта Морн, глядя с сочувствием и не задавая лишних вопросов.
— Это в который? — опешил Джорджи, испуганно оглянувшись на «супругу».
— У отца домик пустует, — продолжала Марта. — С тех пор, как тётка умерла, там никто не живёт. Можно огород разбить или живность завести. Соседи хорошие. Ах да, я про ковен Лестрейнджей. Могу поговорить прямо сейчас. Я чувствую, что люди вы хорошие, но здесь нам действительно никто не нужен. А там будет всё своё и под защитой лорда.
Альма больно ущипнула его под столом и кивнула, когда он обернулся.
— А возьмут? — сдался Джорджи.
— Сейчас узнаем! — весело ответила приветливая хозяйка, вскакивая из-за стола. И убежала в соседнюю залу.
Джордж внутренне напрягся, готовый услышать отказ. Попасть в ковен — немыслимое же дело. А свой огород и несколько кур хотя бы… Он решительно запретил мечтать себе раньше времени. Да кто же его возьмёт. Вот и хозяин поглядывает скептически.
Вернулась миссис Морн разрумянившаяся, но с блеском в добрых глазах. А вот за ней — Джорджи не верил своим глазам — в просторную кухню шагнул сильно изменившийся со школы лорд Ричард Лестрейндж. Ведь учился на пару курсов младше на Слизерине и на хаффлпаффца Стоуна ни разу не обращал внимания. Да и зачем это ему было?!