Проще всего было бы спросить Магнуса. Врать он не станет, во что Таша искренне верила. Но как бы не ответил, что это не её дело. Так оно и было, если подумать и всё взвесить. У них ведь просто секс, никаких обещаний не давали друг другу. Да, Магнус обозначил, что ухаживает за ней, но и только.
Спрашивать миссис Дэшвуд и вовсе было бы ужасно. Та уже всё ей сказала, назвав отца малыша. И вряд ли собиралась уточнять для неё свои отношения с Ноттом. Так что и этот вариант отпадал.
Оставалось надеяться, что Нотт сам захочет и найдёт возможность всё объяснить. А ей было просто страшно. Пока не случилось разговора, могла ещё тешить себя мыслью, что у них всё неплохо. А если поговорят, и он скажет, к примеру, что всю жизнь любит и будет любить Ванессу, несмотря ни на что? Или напротив, вовсе про неё не заговорит? Как жить с этим?
И Таша просто оттягивала неизбежное, невольно избегая Магнуса. Да и некогда было встречаться. Сметвик, радуясь её практике в его отделении, загрузил работой по самую макушку. Она и на операциях ассистировала, и дежурила больше тридцати часов подряд, и заполняла бесчисленные истории болезни, осуществляла патронаж, навещая выздоравливающих на дому, и много чего ещё. Параллельно с этим она перенимала дела у заведующей в своём будущем отделении, с улыбкой соглашаясь подежурить сутки вместо заболевшей сотрудницы или подменить саму заведующую на пару часов. Ведь до официального назначения оставалось всего ничего.
Бен с Аннет и то жаловались, что совсем не видят её дома, во всяком случае, в сознательном состоянии. А что делать, если в считанные свободные дни она могла только выпить молока с какой-нибудь плюшкой, наскоро принять душ и рухнуть на любимую кровать без сил, чтобы мгновенно отрубиться, проснуться от звона будильника и вновь аппарировать на работу?
У неё скопилось пять посланий от Магнуса, с короткими просьбами о встрече. И каждый раз приходилось отвечать, что никак не может встретиться. Сердце обливалось кровью, потому что увидеть его хотелось с каждым днём сильнее, пусть и страшно было, но Таша действительно была занята.
Она как избавления ждала окончания практики у Сметвика, чтобы стать заведующей женского отделения, надеясь, что там ей станет полегче. Хотя в глубине души Таша ощущала себя на своём месте. Наконец-то! И, скорее, не мучилась, а наслаждалась своей нужностью и возможностью помочь стольким людям. Даже Бен заметил, что «глазки её светятся», несмотря на измотанный вид.
К счастью, Магнус проявил упорство, встретив её в пятницу утром прямо в холле больницы. Таша как раз закончила дежурство в своём будущем женском отделении, приняв за ночь трое родов у маглорождённых и одни очень сложные у чистокровной ведьмы. И мечтала только о тёплом молоке и кровати, потому что вечером предстояла смена в отделении проклятий.
— Привет, — шагнул к ней Магнус, вручая розу.
И роза, и улыбающийся даритель были хороши до невозможности. Таша застыла, мечтая запечатлеть этот миг на холсте. Или хотя бы в своём альбоме, где уже несколько листов были посвящены её любовнику. Был даже рисунок Магнуса в обнажённом виде, каким его запомнила в их первую и единственную ночь. Или это был день?
— Привет, — выдохнула Таша, кожей ощущая любопытство привет-ведьмы. Хорошо ещё посетителей почти не было, и персонал не крутился рядом.
— Я скучал, — Магнус шагнул ближе и притянул за талию, наклоняясь, чтобы поцеловать.
На поцелуй Таша ответила, но сразу отстранилась, заглянув в синие глаза умоляюще:
— Пойдём отсюда, пожалуйста.
Нотт кивнул, бросив хмурый взгляд в сторону привет-ведьмы, крепко взял Ташу за руку, выводя на улицу через служебную дверь.
— Ко мне? — спросил он, останавливаясь у ближайшего сквера. — Или прогуляемся? Тут неподалёку есть хорошая таверна.
— Ужасно спать хочу, — призналась Таша с жалобной улыбкой. — А вечером дежурство.
— Не могу понять, — довольно сухо ответил на это Нотт. — Ты нарочно меня избегаешь? Или без тебя им действительно не обойтись?
— Прости, — вздохнула Таша, не зная, что и ответить. Да ― на оба вопроса было бы честно. Если бы ещё так спать не хотелось. — Магнус, а может, завтра встретимся? Завтра после дежурства у меня будет целый выходной — весь день и вся ночь.
— Ты не ответила, — хмуро сказал он. — У нас всё плохо?
Пришлось срочно его обнять, прижаться всем телом и заверить, что она тоже безумно соскучилась.
— Ладно, — коротко её поцеловав, улыбнулся он. — Часа два у меня есть, так что уложу тебя в кроватку, и немного побуду рядом, охраняя твой сон. Но завтра ты только моя, хорошо?