Нотт бесшумно спрыгнул с подоконника в комнату и приблизился к кровати. Правая рука Таши покоилась поверх одеяла. Вот и шанс проверить, действительно ли она согласна стать его женой. Достал браслеты из лобной кости нунду — давний трофей, хранимый им многие годы. А тут пригодился. Осторожно надел меньший браслет на руку Таши. А себе тот, что побольше.
— Люблю тебя, — прошептал, целуя её руку с браслетом. Таша вздохнула во сне, когда он осторожно переплёл их пальцы, легко сжимая. — Будешь моей женой?
Таша снова вздохнула, а браслеты вдруг окутало сиянием. Нотт вздрогнул, когда она открыла глаза и сонно на него посмотрела.
— Ты опять мне снишься, — пробормотала она, улыбнувшись, и снова тихонько засопела, закрыв глаза.
Оставалось только уйти, так же незаметно, как пришёл. Убедился в согласии — и ладно. Полдела сделано.
Попытался осторожно снять с неё браслет, но не вышло. Свой тоже не поддался, а это уже было хуже. Да ещё Ташу всё-таки разбудил. Невеста села на кровати, испуганно уставившись на него.
— Ты чего? Как?
— Прости, очень хотелось тебя увидеть. И ещё — вот! — он сразу продемонстрировал ей своё запястье.
Таша непонимающе нахмурилась, потом подняла свои руки и попыталась стянуть браслет.
— И что это значит? — оставила она попытки избавиться от браслета.
— Помолвлены, — вздохнул Магнус и только сейчас заметил на ней полупрозрачную ночную рубашку. — Приютишь меня на эту ночь?
— Ужасно хочется на тебя рассердиться и выгнать вон, — призналась Таша со вздохом. — Но мне лень, я спать хочу, а не ругаться. И ты такой милый, когда так виновато смотришь. Так что оставайся, если хочешь, кровать большая. Только разденься.
— С радостью, — заверил Нотт, сдирая рубашку, а после избавляясь от штанов. Только нырнув под невесомое одеяло, убедился, что Таша снова уснула. Будить её посчитал неоправданной жестокостью. Да и сам был вымотан. Обняв невесту, он закрыл глаза, ощущая умиротворение. Утром она будет рядом и никуда от него не денется. А ещё он сможет ей рассказать, почему Таша так похожа на его мачеху.
***
С рассказом он запоздал. Проснувшись, Нотт не обнаружил Ташу в постели, а потом услышал голоса за окном и звонкий голос Таши:
— Что вам здесь нужно?
В пару прыжков Нотт достиг окна, приоткрыл его и выглянул наружу. Отсюда было хорошо видно крыльцо и невысокий заборчик, за которым стояла какая-то тётка. Магнус не спешил себя обнаруживать, но палочку взял боевым хватом.
— Что мне нужно? — визгливо вопросила гостья, которой наскучило злобно таращиться на его невесту в молчании. — А ты не понимаешь, да? Украла вещи из моего дома! Думала, я тебя не отыщу?
— В доме, который вы себе присвоили, миссис Коллинз, ваших вещей не было, — спокойным голосом ответила Таша.
— Мерзавка! — выплюнула миссис Коллинз. — Думаешь, тебе всё сойдёт с рук? Быстро же ты нашла себе любовника! И как только поселил тебя, бесстыжую, здесь? Вся в свою подлую мать! Надо было тебя в детстве придушить, чтоб не мучилась. Померла бы невинным ребёнком. Чуяла я, что не всё чисто с тем исцелением!
— Что? О чём вы говорите? — Таша явно пребывала в шоке.
Гостья разразилась визгливым смехом.
— Что не знала? Сумасшедшая старуха тебе не рассказала? А хочешь узнать? Вижу, вижу, хочешь! Так я тебе расскажу про твою святую Аурелию. Всё твоё наследство она спустила на целителей. Что, не знала? Не знала, что родители тебя бросили умирать? Сложно винить, конечно, жутко ты выглядела, как отродье Мордреда. Да кара этих идиотов быстро настигла, война у маглов шла, потопили тот корабль, от берега отойти не успел. А эти твари надеялись вернуться через неделю. Ровно столько тебе отмерили мучиться, понимаешь, да? Да ты мне спасибо сказать должна, что вытащила тебя из дома, кричащую и подыхающую от этих язв и голода. И что в благодарность? Укусила меня, зараза мелкая. Чуть глухой не сделала своими криками. И Силенцио отлетало, как от бешеной собаки. Лучшее одеялко насквозь своей кровью и гноем испачкала, только выбросить оставалось. А у старухи Аурелии сразу замолчала, подлиза хитрющая. И не вспомнила даже добрую Гортензию, когда старуха померла. А я на тебя сколько сил потратила. Другой бы сразу снёс на помойку или сжёг адским пламенем.
Мерзкая гостья задохнулась от своей желчи, надо полагать, но скоро уже продолжила жуткую исповедь. Нотт опомнился и наложил круг молчания вокруг дома.
— Я ж помогла этой идиотке опекунство оформить на тебя. Аурелию припадочную знали, доверили ей опекунство сразу, без вопросов. А она что? Безмозглая грымза. Отдала всё твоё наследство за бесценок. Мне ни кната не дала, тварь, а ведь это я тебя к ней пристроила, надеясь на благодарность. И что в итоге? Пришлось мне заживо гнить в самом гнилом месте, кормить преступника и подлых тварей-тюремщиков. С мужем видеться раз в год неделю. Да этот козёл больше не заслуживал, но сам факт! Всё здоровье из меня высосали камни той проклятой тюрьмы. А всё ты, гадина живучая!