— Магическая! — уточнила Шани. — Да ты на меня не отвлекайся!
— Время, — Винс вскочил, прихватив пару сэндвичей, и практически взлетел на зубцы. — Какая луна сегодня! Видно всё, как днём. Погляди. Красиво же.
Шани подбежала, залюбовалась — и правда, красота. Вздохнула счастливо. Жалко стало, что нет у неё специальной штуки, которой колдофото снимают. У Латиши есть, но просить у неё Шани не станет, понятно же, что вещь личная, дорогая. Волноваться будет.
Луна скрылась за тучами, набежавшими внезапно, и Шани вернулась на свой пенёк. Пора было делать продольный желобок в костяном звене. Очень ответственный момент.
— А чего ворон твой не прилетает? — негромко спросил Винсент.
— Так дела у него, полнолуние же, — пожала плечами Шани. — Теперь только дня через два ждать.
— Надо же, — Винсент покачал головой. — А какие дела у этого ворона в полнолуние? Оборотень, что ли?
Шани негромко рассмеялась:
— Ну ты чего? Сами же мне рассказывали про оборотней. У них же наоборот всё. — Она вмиг стала серьёзной. — Ладно, только никому…
— Могила! — сверкнул в полумраке глазами Винс, явно заинтригованный.
— Ворон дедов, — грустно сказала Шани. — Только он призрачным был, пока дед был жив. А как дед помер, ворон и появился уже таким. Живым, голодным. Сама не знаю, отчего так, но вот чувствую, будто что-то родное, как прилетает. Не смейся, ладно? А про полнолуние не знаю, что там и как. Но не прилетает и всё тут.
— Понятно, — покивал Фишер, хотя Шани показалось, что ничего он не понял. Она и сама не знала сначала, что и думать о вороне, а потом успокоилась. Надо будет — поймёт. А не надо — ей не сложно его кормить, приятно видеть, пока прилетает, будет радоваться хотя бы этому привету от родного деда.
Они долго молчали после разговора про ворона, думали о своём, пока Винсент не спросил внезапно, нарушая тишину ночи:
— Слушай, как ты считаешь, есть у меня шанс с Дианой?
А она рано его похвалила. Опять про невест речи. Только тут что-то другое показалось. Винс спрашивал так философски, что у неё мурашки поползли по затылку. И вместо категоричного «Нет! Ни единого!», осторожно спросила:
— Сначала ответь. Вот тебе Клоди нравилась, потом Сати. А теперь вот… она! Ты всегда чувствовал одинаково? Ну, что именно она тебе нужна?
Винсент хмыкнул и надолго замолчал. Шани не торопила, знала, ответит.
Она почти доделала тонюсенький желобок, когда парень созрел.
— Надо же, как ты точно подметила, — выдохнул в морозный воздух облачко пара. — А ведь верно, по-разному. Клоди ужасно милая, так бы и затискал. Сати бедовая, с ней бы… ну тебе рано ещё. А Диана… внутри всё замирает, даже когда просто вспоминаю. И знаешь, хорошо понимаю, что совсем ей не пара. Такая леди… И не до женихов ей точно, болеет ведь. Говорят, проклятье какое-то. Но тянет к ней, понимаешь? Только ей бы лорда какого, чтобы на серебре ела и драгоценности на балы надевала.
Шани удивительно было, что имени её Винс не называет. И была совершенно уверена, что парень не совсем прав. Не совсем такая Диана, как он описал. Да, леди, но балы, драгоценности? Казалось, что Диане это совершенно чуждо. Ей тихое счастье нужно, чтобы дочка росла счастливой, чтобы самой было спокойно, чтобы после Лютного обрести уверенность в настоящем и будущем. А боевиков она просто боится. И болеет, это верно.
— А что Айрис? — Шани принялась полировать край звена, тут можно было и отвлечься, работа несложная и привычная, сколько уже сотен раз проделывала. — Хорошая девочка, правда?
— О да, — согласился Винс, в его голосе звучала непривычная нежность. — Хочется от всего её защитить! А какая у неё улыбка, ты видела? У меня мороз по коже, как представлю, что ей пережить пришлось. Стульчик ей понравился вроде бы. Но это нужная вещь, а я куклу ей делаю из дерева, потом замагичу, чтобы мягкая была и глазками моргала. Только ума не приложу, из чего глазки сделать. Подскажешь?
— И никому не расскажу, — кивнула Шани, словно он мог видеть. — Это ты хорошо придумал. Приноси заготовку головы, когда будет готова. Есть у меня идея одна для глазок.
— Завтра утром принесу, — Винс снова взял в руки лук, но стрелы выпускать не спешил. — Голова уже готова. Как Блетчли увёз Айрис к ней в больницу, так сел делать, чтобы успокоиться, сам не заметил, как доделал. Увлёкся.
— Здорово! — похвалила Шани. Ей такое знакомо было, сколько раз увлекалась, с головой уходя в работу. — А Блетчли вернулся из Мунго хмурый и несчастный.
— Знаю, — вздохнул Винсент. — Я же говорю, что мы ей не ровня. Я даже думаю, что она нас всех боится. Хотя у Пола всё-таки есть шансы, у него же мать из благородных. Он даже этикет знает с детства. Признался как-то по пьяни.