— Если Мари не будет против, — благодарно улыбнулся Роджер. — Но любой результат меня устроит, я не откажусь от неё.
— Знаю, сынок, — покивал старик. — Знаю. И за это ещё больше тебя люблю.
***
¬— И без магии! — рявкнул Чарли-Зверь Стэнфилд, после чего смачно зевнул, с видимым удовольствием потянулся и развалился на картинно-быстро наколдованном кресле.
Среди заснеженных холмов северной части долины Лестрейнджей кресло с матерчатой рыжей обивкой в радостный голубенький цветочек смотрелось нелепо или даже дико. Сам Северус, если бы принялся так выпендриваться, наколдовал бы себе кресло, как у того же Басти Лестрейнджа. А что? Чёрное на белом — это даже стильно.
Рядом еле слышно застонал Мэтти, младший брат чудовища-наставника. Чарли-Зверь Стэнфилд сегодня был особенно тих и вежлив, а значит — опасен. Когда он орёт, сыплет матерными эпитетами, мечет крохотными жалящими молниями направо-налево, тогда ещё ничего, жить можно: погоняет максимум часа полтора в бешеном режиме, а потом велит «проваливать с глаз долой, пока не заавадил мерзавцев».
А вот в таком — «благостном» — расположении духа, Чарли Зверюга мог истязать их с Мэтти все три часа с особенной садисткой улыбочкой и холодными льдисто-голубыми глазами.
Сейчас этот сволочной наставник привязал их прочными верёвками к дереву и велел «попытаться» освободить хотя бы одну конечность. Магией привязал, то есть очень прочно, пусть путы магическими не были. И одежды на них осталось — лишь портки и грубые ботинки — это для того, чтобы они с Мэтти «шустрее шевелились и соображали».
Северусу действительно стало даже жарко: от попыток освободить руки он весь взмок, только эти все жалкие попытки ни к чему не приводили. Верёвки впивались в тело равнодушными, словно стальными, кольцами. Голую спину саднило, наверное, изранил о кору дерева. Локти и запястья рук, скрученных над головой, тоже жгло очень неприятно, натёр в попытках вывернуть кисти из плотных петель. Только просить пощады Северус не собирался, упрямо продолжал ослаблять путы, растягивать петли и сосредоточенно кусать губы в поисках выхода. Мэтти тоже помалкивал, хотя обычно он сдавался первым. Брат ему никакого снисхождения не делал, наоборот — задания для Мэтти были всегда на порядок сложнее.
Верёвка чуть поддалась слева, но Сев виду не подал, так же мрачно продолжил возиться в своём коконе, только сердце радостно забилось в предвкушении — вдруг получится.
— Усложним задачу, — лениво протянул садист Чарли и щёлкнул пальцами.
Возле деревьев с привязанными мальчишками появились жужжащие то ли осы, то ли шершни какие-то. Северус дёрнулся от первого же укуса, и преимущество сразу сошло на нет — петля на левом запястье снова затянулась, больно впиваясь в кожу. Успокоиться получилось лишь спустя целых пять минут, показавшихся вечностью — Чарли и часы любезно наколдовал, чтобы «драккловы сопляки» знали точно, насколько они безнадёжны. Один глаз заплыл, щека, похоже, раздулась, а мелкие летающие твари продолжали то и дело жалить в открытые участки кожи.
— Есть! — Северус высвободил одну руку, едва не содрав с неё кожу. Сегодня это получилось даже на две минуты раньше, чем в предыдущие дни.
— Есть! — тут же эхом откликнулся сдавленным голосом Мэтти.
— Не совсем пропащие, — фыркнул Чарли. Видимо, ему надоело просто наблюдать за своими жертвами. Он наколдовал себе книгу и с ленивым пресыщенным видом листал страницы. — Вторую руку освобождайте.
— Спорим, это какой-то разврат, — тихо выдохнул Мэтти, никогда не терявший присутствия духа.
— Даже спорить не буду, — так же почти беззвучно согласился Северус и сильно вздрогнул, когда воздух между ними и Чарли внезапно уплотнился и лопнул с громким хлопком, а на утоптанный снег упала чья-то изломанная фигурка.
Северус сам не понял, как сразу оказался рядом. Наверное, неосознанно применил магию, освобождаясь. Просто белые волосы девчонки он узнал сразу.
— Петти! — в панике воскликнул он, помогая девочке подняться. — Что случилось?
Он краем глаза заметил, как вокруг бесшумно начали появляться боевики — Трой Хэйли, Уэбстер, Грин, Бетани, Кроули и сам Ричард Лестрейндж. И все с палочками на изготовку. По его лицу и спине прошёлся прохладный ветерок, сразу исчезли неприятные ощущения — кто-то применил исцеляющие чары. Но Севу было даже на это наплевать. Пришлось стиснуть испуганную девочку в объятьях, показывая, что она не враг.
— И кто это к нам пожаловал таким оригинальным способом? — как-то даже весело осведомился Ричард Лестрейндж. Он единственный палочку не доставал. — Мистер Снейп, представите нам свою даму?