Директор Робертс оказался молодым и весьма привлекательным мужчиной, встретил её с добродушной улыбкой и не стал смотреть рекомендации, заявив, что ему вполне достаточно слова целителя Сметвика, рекомендовавшего её как опытного детского и подросткового целителя.
Поппи только порадовалась, что никакого влечения у неё директор не вызвал, несмотря на всё своё мужское обаяние. Это отлично подтверждало её уверенность — эта сторона жизни ей совершенно не интересна, что бы там ни придумывал бывший наставник. Ведь Робертс словно олицетворял её идеал мужской красоты, ума, манер и обходительности.
Герти и Сэмми, помощницы целителя, сразу ей понравились. Девушки забросали её вопросами о стажировке и практике на африканском континенте, но скоро отстали, видя, что Поппи не слишком охотно делится воспоминаниями. Тем не менее они даже огорчились, что она лишь замещает целителя Уайнскотта и скоро их покинет.
Работы было немало — дети всегда найдут себе приключения на все части «своих тушек», как выражался Сметвик. Поппи быстро освоилась, порадовалась наличию самых необходимых зелий, образцовому порядку и слаженной работе девушек-помощниц. Оставалось время и на самообразование — целитель Уайнскотт скопил немалую библиотеку по целительству в своём кабинете, и Поппи позволялось ею пользоваться.
Она немного грустила по тренировкам по той же боёвке, к которой так привыкла за последние годы, но здраво оценивала свои шансы оплатить такие уроки. Вот поработает в Хогвартсе, потом годик-другой в Мунго, подкопит денег, и уж тогда можно будет подумать об этой стороне жизни.
Может, даже найдёт себе учителя в этом ковене, о котором ей вещал Сметвик. Должны же быть среди этих прекрасных боевиков на любой вкус приличные учителя по боёвке? Учат же они как-то свой молодняк? Как-нибудь сговорится.
Жаль было только, что об учителе-стихийнике оставалось только мечтать. С тем туземцем она за два года преодолела лишь азы, научилась худо-бедно контролировать небольшое пламя, но максимум могла запалить костерок, разжечь камин или создать парочку маленьких фаерболов. С большими объёмами огня справляться пока не получалось. Увы, Поппи примерно представляла, как мало стихийников в магической Британии, и сколько могут стоить их уроки. Оставалось читать книги и очень медленно обучаться самостоятельно. Но по крайней мере, опасности для окружающих она больше не представляла.
Медитации она продолжала ежедневно, как её обучили, и комплекс упражнений на гибкость и все группы мышц делала каждое утро, что бодрило и задавало хорошее настроение на весь день.
***
Троя Хейли Билл тревожить не стал. И к его супруге тоже не пошёл. Вместо этого взобрался на холм, благо установилась хорошая погода, и долго не сводил взгляда с замка, гадая, в какой комнате поселили его невесту. Леди Бастинду мог бы навестить, но опасался ненужных встреч. Да и что она ему скажет? Костюм у Билли был куплен не так давно, белые рубашки тоже имелись. Брачных браслетов нет, это досадно. Хотелось чего-то необычного, красивого. К Ноттам, что ли обратиться? У них там девчонка-артефактор, говорят, чудеса творит.
Решившись, Билл свистнул своей сове, та прилетела, слегка возмущённая, но лапку протянула и позволила привязать мешочек с полновесными пятью галеонами. Послание Уркхарту написал на клочке пергамента, одолженном в хижине Джинни, ближайшем домишке к холму. Дед Бойд понимающе улыбался, поглаживая гладко выбритый подбородок. И даже не удивился, когда Билл приказал:
— Юджину Уркхарту, дождись ответа!
Юджин не стал поминать былое, ответил спустя полчаса, когда Билл доедал суп в обществе дедули Бойда, заедая пирогом с мясом. Аппетит прорезался внезапно.
«Поздравляю, Билли! — нахально писал ноттовский боевик. — Джоанна согласилась сделать для тебя браслеты. Будут готовы к ночи, пришлю совой. Франческа тоже тебя поздравляет и желает счастья. Твой заклятый враг, Юджин Уркхарт»
— Скотина! — криво усмехнулся Клиффорд, подозревая, что гадский Юджин успел как-то вычислить настоящее имя ухажёра мисс Забини. — Всё в порядке, дед. Сделает.
— Кто такая Франческа? — заинтересовался Бойд, заглянув в небрежно брошенное на стол послание. — Ишь как, заклятый враг!
— Франческа отшила меня, — скривился Билл. — Та ещё зараза. А теперь с Уркхартом замутила.
— Припоминаю, — хитро ухмыльнулся дед. — Теперь-то всё иначе, девочка тебя сама выбрала.