— Это всё браслеты? — Санни потёрла запястье.
— Хотел я тебя безумно и до браслетов, — возразил Рабастан со вздохом. — Но отчасти — да, солнышко… Мы сильно рисковали. Остановимся на этом?
— Это прозвучало очень жалобно, — засмеялась Санни и, наклонившись, быстро чмокнула его в губы. — Хорошенького — понемножку! Слышал такое?
— Слышал и полностью согласен, моя радость!
— Я — в душ! — ткнула она пальчиком в боковую дверь. — Надеюсь, там есть полотенце или халат, потому что моя одежда не поддаётся Репаро.
— Я постарался? — слабо хохотнул Басти, отводя взгляд, когда Санни поднялась с пола и повернулась к нему спиной. Боялся, что если сейчас снова увидит невесту полуобнажённой, никакие верёвки его не остановят.
— А кто же? Не волнуйся, это был интересный опыт!
Скрипнула дверь и лёгкий хлопок возвестил, что теперь можно смотреть, не опасаясь. А потом разом освободились запястья — верёвки просто исчезли.
Басти глубоко вдохнул, очень медленно выдохнул и неторопливо поднялся. Голова слегка кружилась, но, наверное, от счастья. Хотелось улыбаться просто так, безо всякой причины. Только сейчас он понимал, насколько напряжён был в последние дни. Получалось, что Санни сумела спасти их обоих от неминуемого срыва. А удар левой рукой он ещё попросит её продемонстрировать. Плечо действительно ломило, как после сильного удара.
Он едва успел натянуть бриджи, порадовавшись, что Санни, очевидно, применила к нему очищающие чары, как дверь в коридор распахнулась с такой силой, что грохнулась о стену.
Руди на него смотрел так, словно готов был убивать.
— Вы с ума сошли?! — прошипел он, с беспокойством осматривая Басти с головы до ног, но не заходя в кабинет. — Вас можно поздравить? Что у тебя с руками?
— Пустяки, — ответил Басти, одаривая брата широкой улыбкой. — Поздравить можешь, но консумации не случилось.
Он подхватил с пола рубашку, но вынужден был признать — Репаро тут не поможет, Санни права. Оставалось гадать — кто из них расправился с его рубашкой так зверски.
— Санни там? — одними губами спросил Руди, качнув головой в сторону двери душевой, откуда перестал доноситься едва слышный шум льющейся воды.
— Да, — кивнул Басти, не представлявший, в каком виде Санни появится из душа. — И тебе лучше быстро свалить. Можешь поверить — больше ничего интересного сейчас не будет.
Руди непонятно хмыкнул и убрался, аккуратно прикрыв дверь. Сам, видимо, понял, что лучше не дожидаться будущую невестку. Потому что не заметить её одежду, разбросанную по полу, мог только слепой. А братец разглядел эти тряпки первым делом.
Дверь душевой приоткрылась и в узкую щель просунулась изящная ручка.
— Дай свою рубашку, Басти, если не успел надеть.
— Она несколько пострадала, — он стремительно подошёл, вложил свою разорванную рубаху в её пальчики и, наклонившись, на мгновение прижался к ним губами. — Ты в порядке, солнышко?
— Всё замечательно, — заверила она, а её рука с рубахой тут же исчезла. — Только тут даже полотенца нет. Скажи своему Борги, пусть скажет Лаки собрать для меня одежду.
Басти хмыкнул — мог бы и сам догадаться. Но слишком давно он не ощущал себя так хорошо. Надолго ли — непонятно, но пока произошедшее его немного пьянило.
Борги явился на зов, выслушал приказ и скоро вернулся с компактным свёртком. А рядом на стол легла новая рубашка для Басти, совсем такая же, какую забрала Санни.
— Что мне делать с этим, хозяин? — чопорно спросил домовик, который успел навести вокруг образцовый порядок и теперь держал в руках ком из разорванной одежды.
— Уничтожь, — велел Басти легкомысленно. — Но сначала проверь, нет ли чего в карманах.
— Борги и сам бы догадался проверить, Борги правильный эльф — и не станет бездумно выполнять приказ хозяина.
На стол тут же легли два круглых камня, маленькая книжица — явно уменьшенная, платок и сложенная записка. А Борги снова исчез.
Басти натянул свежую рубашку, покосился на вещицы Санни, но прикасаться не стал, как ни велико было искушение.
Она появилась из ванны как видение, с распущенными волосами, сияющими глазами и всё с той же лукавой улыбкой, которая ему так нравилась.
— Заплетёшь мне косу без магии? — она подошла совсем близко, поднимая к нему лицо.
— Конечно! — обрадовался Рабастан и осторожно коснулся манящих губ в лёгком поцелуе. — Тут твои вещи, возьми. Платье я велел уничтожить.
Он трансфигурировал какую-то безделушку с каминной полки в деревянный гребень.