— Какое? — Мэрит посмотрела на него опасливо, и Митч утвердился в своём решении. — То есть, конечно, мистер Элмерс. Я готова выслушать.
— Мы с Гленом могли бы пока забрать пациентов, — напомнила Митчу Марго, кашлянув. — С этим лучше не тянуть. Но предпочтительней использовать портключ или домовиков для их бережного перемещения.
— Да, точно, — Митч поднялся из-за стола. — Мисс Хансон, если у вас есть время, подождите меня в моём кабинете. Надолго я вас не задержу, обещаю. Домовушка вас проводит.
Мэрит потерянно кивнула, не слишком довольная предстоящим разговором, но Митчу пока не было дела до её страданий и метаний. Здоровье своих людей было на первом месте.
Он сразу решил доверить переноску пациентов Матти, у который был доступ в Мунго, тем более, что домовушка Ванессы всё ещё находилась в поместье. Сложнее было уговорить пациентов на лечение. Особенно мисс Кэри Сойер, хотя старшая подопечная Свистуна и кривилась периодически от боли в спине.
Девочка была в восторге от своей личной новой комнаты с большой мягкой кроватью и никак не хотела никуда перемещаться. Пришлось вызвать Свистуна, объяснить ему серьёзность проблемы, после чего тот сумел уговорить строптивую девчонку и утешить младшую. Самый серьёзный довод всё же сумела найти Марго Аллен.
— Тебе скоро одиннадцать, — мягко заметила целительница. — Если не вылечить тебя сейчас, как же в сентябре ты поедешь в Хогвартс?
Девчонка даже застыла, как изваяние на несколько секунд, а потом осторожно поглядела на Митча.
— Я поеду в Хогвартс?
— На Хогвартс-Экспрессе, — спокойно подтвердил Митч. — Если у тебя достаточно магии, чтобы там учиться.
— Кэри сильная ведьма, — тут же вступилась за сестру мелкая Конни. — А мой выброс разрушил наш чердак, и мы всю ночь ждали вас у свалки и очень замёрзли.
Митч мог лишь вздохнуть.
— Может, и эту заберёте? — спросил он Марго. — Вдруг тоже застудила себе что-то.
— Да, — поняла его целительница. — Тебя, Кони, мы тоже подлечим. Пойдёшь с сестрой? Мы поселим вас в одной палате и вам не будет скучно.
— Боню взять можно? — нахмурилась мелкая.
Матти закупила мягких игрушек для детей — каждому ребёнку по одной. Нашлись и две лишние для девочек Свистуна. Кони достался смешной плюшевый медвежонок. А Кэри сама выбрала себе игрушечного книзла и тайком сунула в новый рюкзачок, куда домовушка собрала ей вещи в больницу. Отмытые девочки в новых шерстяных платьях, меховых жилетках и домашних тапочках со звериными мордочками совсем не напоминали утренних жалких оборванок. Чистые волосы были заплетены в причудливые причёски. Новый шеф-повар Триша уже взяла над ними шефство, да и домовушки, оказалось, обожали детей.
Митч заметил, как недоверчиво старшая девочка косится в зеркало своего шкафа, проходя мимо. А ведь всерьёз собиралась остаться со Свистуном в Лютном. Неизбалованный народ ему достался, но сколько ещё пройдёт времени, прежде чем они поверят в перемены в своей жизни, успокоятся и начнут просто жить, может даже успеют чуток урвать от счастливого детства, которого никогда не знали.
Подумал ещё, что надо обязательно устроить на улице качели, горку и ещё что-нибудь для детей. Поместье окружено огромной огороженной территорией, привести её в божеский вид и можно много всего организовать. И сад, и огород, и разные беседки. Можно даже поставить теплицы, где-то в чулане он видел сборные конструкции. А ещё потихоньку восстанавливать дома вассалов, которые не так уж сильно пострадали под стазисом. Кто-то захочет, возможно, переехать в собственный дом.
А то пока западное крыло напоминало растревоженный улей. Раньше тут жили слуги, по словам предков. Только секретаря и экономку Митч поселил в другой части замка. Подальше от шумной детворы. Жилых помещений в замке хватало на очень большое количество людей. Но пока им с Джерри хватит почти полностью заселённого западного крыла из хорошо знакомых с детства подопечных.
В западном крыле замка было три обособленных коридора, куда выходили двери комнат и апартаментов. По совету Матти, Митч поселил семейных отдельно, где было по несколько объединённых комнат — в центральном коридоре, упиравшемся в кухню. В левом коридоре, самом коротком, комнаты заняли три одинокие женщины и девочки Свистуна. А в правом и самом длинном коридоре, ближнем к выходу — восемь крепких, хоть и тощих, парней от пятнадцати до двадцати двух лет — всё что осталось от прошлой банды. Ещё Свистун и дедок Гривень, одинокий тихий старичок, потерявший всю семью во время странного мора несколько лет назад.