— Я вообще-то была замужем, — обиженно ответила Поппи.
— За мудаком, — покивал Сметвик сурово. — И меня это не радует. Уверен, дорогая, в постели с Уайнскоттом тебя будет ждать много сюрпризов.
— Э-э, что? — испугать её не на шутку Сметвику удалось.
— То и значит, — фыркнул он с досадой. — Ни жмыра ты не знаешь, детка, каково быть в постели с настоящим. Твой ублюдок был эгоистом обыкновенным, такие только пользоваться умеют. Долохов, конечно, тоже показал бы мастер-класс, но не тебе с ним связываться, с поганцем, так что правильно отказала. Моя школа! А с Мёрфом будет не хуже, верь мне, да и не отпустит он тебя, если не дурак. А он не дурак и всё, что надо, увидел, оценил и решил.
— Что решил? — поразилась Поппи. Ничего подобного она припомнить не могла. И вообще слушала Сметвика зачарованно — его выводы пугали и в то же время заставляли сладко замирать, так хотелось поверить, что это о ней, и страшно было — неужто и с ней случилось?
— Что ты ему нужна, естественно, — Сметвик смотрел на неё чуть ли не с жалостью. — На свидание позвал, с сыном решил познакомить, обещал, что не обидит, и не набросился сразу, хотя очень хотелось. Какие ещё тебе нужны доказательства? Впрочем, не удивлюсь, если притронется к тебе только после свадьбы. Так что выдохни, Поппи, и наслаждайся моментом. Даже я не смог бы отыскать для тебя кандидата лучше.
— Мне страшно, — призналась Поппи, решив, что уж если признаваться, то во всём.
— Понятное дело! — хмыкнул Сметвик. — Ему тоже страшно, так что вы на равных. Но ведь хочется тебе что-то от него или с ним, не так ли? Я видел, как ты зачарованно рассматривала его…м-м, пятую точку.
— Это ужасно? — прижала она ледяные ладони к горящим щекам.
— Ужасно было, когда тебе ничего не хотелось, — сурово отчитал Сметвик. — А раз теперь хочется, то всё нормально.
— И он заметил, что я его рассматривала? — всё же ужаснулась Поппи.
Сметвик набрал в грудь воздух, но ему помешал ответить патронус в виде призрачной пантеры.
И Поппи сникла, решив переждать, пока Сметвик переговорит с неизвестным. Что сообщил целителю патронус, не смогла бы услышать, даже если бы хотела — Сметвик мгновенно наложил заглушки. Чувствовался немалый опыт.
Сметвик вдруг злорадно рассмеялся, выслушав послание, но тут же вызвал свой патронус и холодно произнёс:
— Мёрфеусу Уайнскотту! Приват. Понял, Мёрф, у тебя пять минут. Потом придут стажёры.
Призрачная королевская кобра, с которой Поппи была так давно знакома — сколько приказов со змеюкой передавал ей наставник в те далёкие времена! — взмахнула призрачным хвостом и растаяла.
И только в этот момент до Поппи дошло, кому именно Сметвик отправил кобру.
— Это был он? Что он хотел?
Сметвик подмигнул ей:
— Конфиденциальный разговор, Поппи. Подожди несколько минут, дорогая.
Призрачная пантера не заставила себя долго ждать, появилась через несколько секунд. И снова оставалось рассматривать призрачную лоснящуюся шкуру красивого животного, и думать, как же ему, Мёрфеусу Уайнскотту, подходит такой мужественный патронус.
Сметвик внимал ему, скабрезно скалясь, словно выслушивал пошлый затейливый анекдот. И будто позабыл про Поппи. А потом оказалось — не забыл. Сообщение своей кобре Гиппократ Сметвик надиктовал явно мысленно, лишив бывшую ученицу возможности прочитать ответ по губам. Это было жестоко и несправедливо! Но она ничего не могла поделать.
— Сэр, что он вам сказал? — взмолилась она, едва кобра исчезла. — И что вы ему ответили? Это меня касалось?
— Опосредованно, Поппи, — Сметвик смотрел на неё безжалостно. — Ни к чему тебе слушать чисто мужской разговор.
Поппи закрыла лицо руками — теперь гадай, о чём они говорили! Зря она пошла к Сметвику!
— Долохов мне прощальный подарок оставил, — мрачно призналась она. — Директор Робертс сказал — чтобы я приняла. Какой-то амулет.
— После покажешь, — сверкнул глазами Сметвик. — Дай мне ещё пару минут.
Пантера снова грациозно прыгнула из стены на стол целителя. Уселась на бумаги, вредноскопы и другую мелочёвку, и раскрыла пасть, передавая очередное беззвучное послание.
Сметвик слушал внимательно, но никаких других эмоций больше не показал. Отправив ещё раз свою загипнотизированную взглядом кобру, он ласково улыбнулся Поппи.
— А теперь, детка, — Сметвик с удовольствием потянулся, разминая плечи. — Заканчивай страдать и покажи-ка мне воспоминания про наёмника Долохова. Очень уж я за тебя волнуюсь.