Девчонка ничего не поняла, когда он приложил её Конфундусом и повёл с собой глубже в проулок. Хлопала бессмысленно глазами, так и не выпустив из рук проклятый букет. Искренняя улыбка растаяла на красиво очерченных губах. А так хотелось живого отклика, даже если станет рыдать и умолять его отпустить. Трэверс очень ценил неподдельные искренние чувства, какими бы они ни были.
Он аппарировал с ней в комнату магловского отеля, которую снимал именно для таких случаев. И, упав на кровать, приказал ей раздеваться медленно и соблазнительно. Однако девочка глядела непонимающе, стоя неподвижно, словно заклятие на неё не действовало или было наложено криво.
Потом догадался, что перед ним иностранка, и мучительно подбирал слова на разных языках. Оказалась — русская, на котором Джером знал от силы десяток слов. Освобождать её от заклятия он не стал — кто знает этих русских, с которыми никогда он не имел дел. Просто поднялся и сам принялся её раздевать.
Девчонка следила за ним равнодушным взглядом и не препятствовала, только в букет вцепилась так, что не вырвать. Джером рассмеялся, решив, что букет им не помешает.
Уложив голенькую крошку на кровать — пришлось раздеть её заклинанием, чтобы не повредить букет — Трэверс осознал, что перед ним само совершенство. Нежное создание с огромными синими глазами, с красивой упругой грудью и скромно сдвинутыми длинными ножками. Джером понял, что с ней одного раза, пожалуй, будет недостаточно. Прежде, чем приступить к лакомству, от вида которого он пришёл в крайнее возбуждение, Трэверс поднял с пола её сумку, решив проверить документы на всякий случай.
— Лайза Каро? — прочитал он в паспорте, напрягая память. Не мог ли он слышать это имя прежде? Девушка слабо кивнула, подтверждая. А он отмахнулся от паранойи — мало ли среди маглов однофамильцев даже с магами. — Я буду трахать тебя очень долго, сладкая малышка, — сообщил он, даже радуясь, что девочка ничего не понимает. — Тебе не всё понравится, но не волнуйся. Главное — чтобы понравилось мне. Пожалуй, я заберу тебя в поместье, буду иметь там, пока не надоешь. Дня три или чуть дольше. Потом познакомлю с Брэнаном, он отличный мужик, ты ему точно понравишься. У нас с ним похожие вкусы, моя маленькая незнакомка. Я даже готов смотреть, как он будет тебя приручать без магии, это должно быть забавно.
Рассказывая неторопливо и подробно, что они с Брэнаном будут с ней делать вместе, Джером не спеша раздевался, позволяя ей смотреть, какое счастье ей досталось совершенно случайно и пока незаслуженно.
И совершил чудовищную ошибку — не обратил внимания, как у девчонки с идеальным телом вдруг широко распахнулись глаза, когда он стянул с себя брюки вместе с бельём. Сбросила как-то заклятие, а он проморгал, подумав, что просто сильно впечатлил наивную девственницу. Девочка вдруг махнула букетом и просто исчезла.
Осталась её одежда и распотрошённая сумка с небрежно сунутым обратно паспортом. Дотянуться до сумки он не успел, та исчезла вместе с одеждой мгновением раньше. Кто бы мог подумать, что это юное создание окажется ведьмой! Трэверс зарычал и вылетел из номера в чем был. Девушку из персонала отеля он даже заколдовывать не стал, увидев в коридоре с тележкой. Сразу затащил в комнату, раздел заклинанием и швырнул на кровать.
— Вау, — отреагировала девица хриплым голосом, так не вязавшимся с миловидной внешностью. — Иди сюда, красавчик, сделай несчастную Сару счастливой.
Остановить его этим она не смогла, а может, и не собиралась. Джером делал её счастливой до самого вечера, неожиданно войдя во вкус. Случайная партнёрша не возражала, активно участвуя в процессе.
Прощались они довольные друг другом, правда, девица покидать комнату не спешила. Бесстыдно разлеглась на постели, затягиваясь магловской сигаретой, пока он одевался, чувствуя приятную усталость и опустошение.
— Хочешь? — спросила она меланхолично, протянув ему мятую пачку. — Нет? Ну как хочешь. Ты уж прости, что не предупредила. У меня куча венерических, включая одно неизлечимое. Спасибо тебе, думала никто уже не даст просто так! Мне даже немного тебя жаль, ненасытный кобель.
— Чего? — тупо переспросил Трэверс, уловив лишь два последних слова. После того, как насытился, женщина стала ему абсолютно безразлична, даже выслушивать её восторги желания не возникало. — Денег хочешь? Извини, магловских не прихватил. Как-нибудь обойдёшься.
Случайная любовница принялась хохотать, громко, заливисто и заразительно. Он неуверенно улыбнулся в ответ, а потом, плюнув на всё, аппарировал в поместье. Пусть думает, что хочет, эта странная ненасытная баба из обслуги третьесортного отеля.