— Да! — кивнула Санни, внезапно ощущая азарт. — Говори уже.
— Я уникум-универсал, — жутким голосом поведал Флинт, не шевеля губами. Словно малышне, занимавшейся в другом конце гостиной своими эссе, было доступно умение читать по губам. — Все четыре стихии у меня есть, хоть и не слишком сильные. Могу зачаровать метлу, или ковёр-самолёт со слетевшими чарами левитации из-за давности лет. Могу разжечь костёр без всяких заклятий. Могу стакан наполнить без палочки и без заклинания Агуаменти, а ещё поменять цвет и запах жидкости. Могу вырастить цветок одним взглядом, а ещё быстро вырыть могилу врагу. И заморозить небольшую лужу. Летать, как птица, не смог бы, но падение замедлить в состоянии. Собственно, этот мерзавец, Ивэн Долохов, был крайне удивлён, но никому не скажет, связанный клятвой. Ну как, удалось тебя удивить?
— Ничего себе, — выдохнула Санни. — Круто, Квин! А откуда ты про других узнал?
— Время истекло, — подмигнул Флинт. — Так что или новая клятва, или заканчиваем разговоры о непознанном и прекрасном. Но ты хвали меня, хвали. Я не стану тебя ограничивать.
— Дурачок, — рассмеялась она. — Кончай паясничать и помоги мне с этой таблицей. Видишь, какая сложная!
Она давно уже поняла, что при всей своей видимой расхлябанности, Флинт лучше многих разбирается в таких сложных науках, как Нумерология и Древние руны.
— Да всё же просто, — придвинул он учебник ближе к себе. — Смотри, в чём твоя ошибка. Впрочем, как и у многих. Видишь этот столбец? Как думаешь, почему он выделен так странно?
И Флинт легко объяснил одну из самых сложных и многоуровневых таблиц в конце учебника. Санни поразилась, насколько всё просто оказалось, если знать, куда и как смотреть. Недаром Руди посоветовал ей позаниматься с Квином. Знал, о чём говорил. А Санни ещё недоумевала, чему может научить этот бессовестный насмешник.
— Спасибо, — выдохнула она, потрясённая его знаниями и смекалкой. — Неужели сам до этого дошёл?
— Ну так! — посмотрел Флинт с превосходством. — Уже жалеешь, что выбрала Рабастана?
— Не дождёшься! — фыркнула Санни, срочно гася в себе восхищение этим опасным типом.
— Вот где он сейчас, твой гениальный жених?
— Работает над очередным шедевром, — нахмурилась Санни и поспешила сменить тему. — Вот ты всё знаешь, Флинт, скажи тогда, куда подевался завхоз… забыла, как его…
— Прингл, — скривился Флинт. — Говорят, его поймали какие-то маньяки, оттяпали самое дорогое, и магией припечатали, чтобы снова не выросло. Этот свин сейчас в Мунго. Надеется, что маньяки не правы. Твой родич, Сметвик, озадачен и поставлен в тупик.
— Какой ужас! — поморщилась Санни. — Не мог просто сказать, что он в Мунго, без подробностей? За что его так?
— Санни, тебе охота жить в вате? — вздохнул Флинт укоризненно. — Ясно, за что лишают… м-м... детородного органа. Месть в чистом виде. Но за что-то почти безобидное вроде грязных приставаний. Не ту даму зажал в уголке, скорее всего. Будь всё серьёзнее, лишили бы жизни особо извращённым способом.
— Не верится, что он приставал к ученицам, — пробормотала потрясённая Санни. Ну не могла она представить бывшего завхоза в роли героя-любовника. Хотя кто сказал, что и такие жуткие типы — толстый одутловатый садист Прингл с мутным взглядом вызывал оторопь — не могут пожелать пощупать какую-нибудь девушку? Сразу ярко вспомнился вдруг Вестерфорд, серьёзно обидевший Эжени. И Санни поняла, что тему надо срочно менять, потому что у неё был лишь один кандидат, решивший отомстить Дамиану смертельным способом. Этот дикий магический мир со своими законами! — А новый завхоз не лучше, если тебе интересно моё мнение.
— Тебе не нравится новый завхоз? — ухмыльнулся Флинт. — Прикольный мужик, зря ты так. Птичка на хвосте принесла, что Робертс решил его здесь оставить надолго, а Прингл в Хог не вернётся — зачем нам евнух?
Санни была уверена, что директор в этот раз просчитался. Новый завхоз ей показался куда хуже садиста Прингла. Среднего роста стройный маг с незапоминающимся лицом и с мрачным пронизывающим взглядом, движущийся, как тень, с такой стремительной лёгкостью, что у нарушителей не было никаких шансов удрать. Неведомым образом не попадались пока только слизеринцы в силу привычки не попадаться, наверное.
— Он жуткий, — передёрнула плечами Санни. — У меня от него мурашки.
— У всех от него мурашки, — хохотнул Флинт. — Зато твой приятель Морган живо нашёл с ним общий язык. А с профом Флитвиком, по слухам, наш завхоз частенько гоняет чаи или что покрепче.
— Что мне непонятно, — покивала грустно Санни. — Откуда он вообще взялся? И имя странное какое-то. Элиас Гёрклун! Брр. Будь он пониже ростом эдак вдвое, даже не сомневалась бы, что он из гоблинов. Майкл темнит и общается с ним чуть ли не на домашнем гоббледуке. Хотя Майкл полиглот, но что за язык, я понять не смогла.