Харальд вышел из барака в промозглую утреннюю хмарь, невольно оглядываясь по сторонам — долину лагеря затянула туманная дымка. Плац отсюда было не разглядеть, только слышались короткие окрики Энди да дробный топот сапог бегущих по кругу пацанов. Подумав немного, Стерн быстро зашагал в другую сторону. Туда, где за хозяйственными постройками имелась неприметная тропа среди колючих кустарников, ведущая прямо к стене. Пока никто не хватился, а всё вокруг скрыто туманом, самое время проверить намеченный лаз у стены.
Под сильно сношенными подошвами сапог Харальда чавкала весенняя грязь — ночью шёл дождь. И ступать тише не получалось, сильно падала скорость. А сгонять к внешней стене следовало быстро, только проверить, туда и обратно.
Тропинку он обнаружил не сразу, туман путал и лишал привычных ориентиров. И Стерн совсем было решился повернуть назад — сквозь колючки лезть нечего было и думать, разорвут не только одежду, но и всё тело расцарапают, впрыскивая парализующий яд. Но проход появился совершенно неожиданно, поманив его закончить задуманное.
Здесь даже тропка успела высохнуть, идти стало легче и опасней — магическая пакость, нарочно посаженная вдоль всей внешней стены по приказу патрона, тянула свои побеги с колючками на тропу, то и дело пытаясь огреть Харальда хлёстким ударом. Приходилось уворачиваться, подныривать и перепрыгивать — нехитрое дело для каждого старшего пацана после ежедневной многолетней муштры. Главное — не зевать.
Стена придвинулась неожиданно. Каменная, высокая — в несколько десятков футов высотой, с проблесками наложенных защитных заклинаний и щитов. Харальд скользнул влево, почти прижимаясь к стене спиной, чтобы видеть кровожадные кустики, не достигавшие стены всего лишь на пару футов. За спиной могло ужалить щитом, но это всего лишь тряхнёт, а кусты могут и сожрать, если парализуют, а потом подтянут поближе. Говорили, патрон гордился, что сам модифицировал эту жуткую растительность. Селекционер!
До намеченного лаза оставалось всего ничего, когда спину Харальда окатила волна мурашек, предвещая что-то страшное, а следом горло сдавили железными пальцами, а в основание шеи ткнулась чужая волшебная палочка.
— Без глупостей, малец! — страшно шепнул ему в ухо какой-то мужик. — Быстро и чётко опиши, кто ещё здесь живёт, кроме Трэверса, если не хочешь, чтобы тебя усыпили.
***
— Вот! — мужчина припечатал к обшарпанному столу чистенькой съёмной комнаты кусок кожи с ладонь величиной. — Всё оказалось даже легче, чем мы рассчитывали. Олмас ничего не заметил. Не пройдёт и месяца, милая, как нашу стаю пополнит пара дюжин юных злобных волчат.
— Так это правда?! — высокая женщина с ярко-алыми губами, выделявшимися на бледном лице, метнулась к столу и горящими глазами жадно уставилась на кусок кожи. — Детишки действительно существуют? Что здесь написано, Кай?
— Нарисовано, — поправил Кай ворчливо, глядя на подругу с нежностью. — Говорил же, учись читать руны, Герда! Это расположение бараков в общине того неудачника. Вот здесь наше будущее — барак, где держат маленьких будущих убийц. Теперь мы не станем спешить, обучим сначала, натаскаем…
— …покусаем, — подхватила Герда со смехом и охотно дала мужчине себя обнять.
— Это само собой, — ухмыльнулся Кай, целуя её в губы коротким жалящим поцелуем. — Я тут подумал — а зачем нам искать убежище?! Обоснуемся прямо там, на всём готовеньком. Олмас говорил, там кругом дикий лес с магическими и не только тварями, а внутри практически неприступный лагерь. А главное — никто про тех детей и общину в целом не знает. На много миль ни жилья, ни людей, ни магов. Ни подлых стай оборотней-чистоплюев! Олмасу я сотру память, не волнуйся, мы встретимся уже завтра, он передаст мне портключ. Сразу перенесёмся, у нас всё готово. Тебе там понравится, любовь моя.
Некоторое время они вдумчиво и с чувством целовались.
— Подожди! — Герда отстранилась и оглянулась в сторону кровати. — А с ним что будем делать? Я присмотрелась, Кай, это жалкий и бесхребетный паршивец. Теперь, когда у нас будут нормальные волчата, не лучше ли его…
— Избавимся, — добродушно фыркнул мужчина, без интереса покосившись на спящего мальчика лет шести. — Или добавим к стае, другие волчата его воспитают. Потерпи его ещё немного.
— Надоел! — капризно надулась Герда. — Только ноет и трясётся. Но кровь вкусная, магии у него пока ещё много.
— Я же просил не трогать! — нахмурился Кай, внимательнее глянув на мальчишку. Тот застонал во сне и всхлипнул, пошевелившись. Но не проснулся. На тонком запястье явственно виднелись две ранки. — Герда!