Эти двое появились из ниоткуда. Не было никого рядом — и появились, словно аппарировали к нему или воспользовались портключом. Басти легко опознал оборотня и странное существо рядом с ним, определённо питающееся свежей кровью, предположительно женского пола.
— Лестрейндж! — опознал его совершенно незнакомый оборотень, произнеся фамилию то ли с ужасом, то ли с почтением, то ли, как склонен был предположить Басти сейчас — с ненавистью.
— Это магл? — манерно кривя ярко-алые губы, капризным тоном спросила женщина-вампир. Басти про вампиров знал лишь то, что они исчезли с лица земли пару веков назад. Но мало ли существ, принимающих человеческий облик, которые питаются свежей кровью?
— Это, скорее всего, сын или бастард лорда Лестрейнджа, глупая, — ответил ей оборотень, чуть кланяясь Рабастану. — Но как же похож!
— Но магии в нём почти нет, — сказала женщина разочарованно. — А ты ещё в школе говорил, что это сильный род.
Басти бы попробовать уйти сразу, но он стоял, непонятно чего ожидая. Да, скорее всего, уйти бы не дали, но мог хотя бы попытаться воспользоваться кинжалом из сапога! Или амулетом, перемещающим домой. Только для амулета была тоже нужна магия, которой не хватило бы и на близкий перенос.
— Потратился, наверное, — ощерился оборотень в неприятной улыбке, а потом глаза его расширились от какой-то почти детской радости.
Ударил этот мерзавец сразу, в то же мгновение. Чем — непонятно, но сознание Рабастан потерял, а очнулся уже здесь.
Итак, первое: оборотень хорошо знал отца, по оговоркам — ещё в молодости, с того же времени мерзавец ненавидел отца весьма сильно. По логике — около двадцати лет. Увидев перед собой беспомощного отпрыска, он сразу решил отомстить. Ещё бы — уникальный случай! За что мстили Ричарду — вопрос, но это точно что-то серьёзное. А Басти мало что знал из школьной жизни отца. Никаких особенных школьных врагов Ричард не упоминал. Но это не значит, что их не было.
Второе: его не убили сразу, значит, хотят либо выкупа, либо более страшной смерти для сына врага. Предположительно Ричарда хотят заставить страдать. Заманить его в ловушку, обещая выдать сына, у них точно не получится, и скорее всего враг-оборотень это понимает. Сделать Басти оборотнем — один из вариантов, но пока не сделали — ждут полнолуния? Лишить магии? Сделать сквибом? Рабастан не знал, сколько прошло времени, но магии за это время не прибавилось, значит, на нём антимагические браслеты. Если только уже не сквиб. Но думать о худшем варианте он пока не станет.
Чем он располагал? Все амулеты, разумеется, с него сняли, палочку отобрали, оружие вроде ножа — тоже. В волосах была шпилька, портключ домой, но активировать не может, да и не факт, что её не нашли. Магия, хоть капля, но нужна для активации шпильки, значит, не вариант, даже если она ещё есть, и он сможет как-то достать. Кинжалы в татуировке на плече, конечно, не отзывались, они напрямую зависят от его магической силы. Брачная татуировка вместе с браслетом верности?
Басти тяжело вздохнул. До консумации брака браслет верности помогал лишь чувствовать невесту, и то — не всегда. Вытянуть его отсюда Санни могла бы только после консумации, будучи женой, но никак не невестой. Значит, вариант отпадает.
Кольца! Басти осторожно разминал пальцы уже давно, почти сразу как очнулся, но на пальцах ничего не ощущалось, хотя два невидимых кольца снять бы не смогли. Он допускал, что они по-прежнему у него. Одно — защитное, из-за антимагических браслетов, скорее всего, не сработает. Оно даже удар оборотня не отразило. Другое можно активировать — аватар Санни был немного напитан собственной магией и, возможно, браслеты не помешают. Басти допускал, что активировать его сможет, но это будет каких-то несколько секунд, десять или двадцать, в лучшем случае минута. А Санни так и не примерила кольцо.
Басти всего лишь пару раз стукнулся затылком о камень и тут же прекратил себя истязать. Сейчас точно нельзя сожалеть об упущенных возможностях. Сейчас надо работать с тем, что есть. Голова загудела, пришлось пережить приступ особенно острой боли. Потом он понял, что стало бы намного легче без повязки на глазах, и принялся уже намеренно касаться стены затылком, чтобы хоть немного сдвинуть с головы повязку. Казалось, если увидит, где находится, это даст дополнительный шанс что-то понять, что-то придумать.