— Я не против, если ты будешь дружить с Мэлл, — сказал он смешливому пацану. — Только она сама решает, с кем ей дружить.
— Ну, с Шани мы дружим, — обрадованно ответил Джесси. — Только она невеста Флинта. Лорд приказал ей выбрать жениха — и она его выбрала, что мне непонятно. Флинт страшный, увидишь летом, когда вернётся из Хога.
— Они могут разорвать помолвку через пять лет, — подал голос Кевин. — Если оба так решат.
— Ваш лорд может приказать жениться? — осторожно спросил Харальд.
— Мне нет, — тут же похвастался Джесси. — Я вассальскую клятву не давал. Меня тут из-за брата принимают. А Кевину — да. Прикажут — и никуда не денется.
— А тебе, Стерн, тоже придётся принести клятву, если решишь остаться, — мрачно предрёк Кевин, раздражённо поглядев на Джесси.
— Что значит — решу? — не понял Харальд. Вроде бы они все уже остались.
— Ваших родичей искать будут, — как-то виновато отозвался Джесси. — Если найдут, могут отдать родне. Мы слышали, как лорд-дракон это говорил.
Харальд хмыкнул, уверенный, что их с Мэлл родичей не найдут никогда. А что лорд может заставить жениться, даже приободрило. Отрадно было, что здесь ценится семья, а не свободные отношения, как у их бывшего патрона, садиста и психа, и его ублюдочного сына.
Уже на подходе к башне им навстречу попался Влад. Торнхилл поглядел настороженно. А Харальд усмехнулся.
— Знакомься, Влад! — небрежно предложил он. — Это Джесси Морн и Кевин Брэдли, местные ребята. Джесси, Кевин, перед вами мой друг и вожак старшей группы, Влад Торнхилл.
— Очень приятно, — Влад пожал местным руки, но косился всё время на Стерна. — Тебя искал. Рыжика вернули, здоров и невредим. Завидует Касперу и ведёт себя борзо. Хочет спать в нижней комнате и говорит, что его не распределяли в младшую команду.
Харальд только кивнул, не при этих же обсуждать личные дела их команды. А Стенли понять можно, его друг Мик — в старшей команде. Да и Харальд вечно покровительствовал незадачливому Рэю Стенли. Может, зря, рыжику бы больше самостоятельности.
— А кто такой рыжик? — с любопытством спросил Джесси Морн.
— Рэй Стенли, — ответил Стерн рассеянно. — Ладно, парни. Нам с Владом уже пора.
Когда местные отстали, Торнхилл сразу сообщил:
— Мыться нас зовут, а ты где-то шляешься с этими…
— Угомонись, — фыркнул Харальд. — Нормальные ребята. Мелкие уже помылись?
— Заканчивают, — проворчал Влад. — Я разрешил Стенли остаться в старшей группе. Как раз была одна лишняя койка. Так он уговорил Джонни Хартона уступить ему свою, чтобы спать рядом с Миком.
— Понятное дело, — усмехнулся Стерн. — Они же друзья.
— А мы? — угрюмо спросил Влад. — Перед этими ты сказал…
— Я слов на ветер не бросаю, — перебил Харальд. — Мир, Влад?
— Мир, — широко улыбнулся Торнхилл. — Ты сукин сын, Хэрри, совсем меня измучил. Ладно, пойдём скорее, наши без нас не пойдут.
Харальда тоже отпустило, он вдруг понял, что разбрасываться друзьями — дело поганое. Даже теперь! Нет, теперь — особенно. А с Владом они столько пережили вместе, и из-за каких-то пустяков…
«Теперь всё будет хорошо!» — решил он, уже подходя к Загону.
Глава 77
Санни чувствовала себя прескверно. Откат — нет, не магический, как у бедолаги Рудольфуса, а обычное психосоматическое состояние организма, наступающее после сильного напряжения или стресса — случился после общения с Рабастаном. Мало того, что это вообще было для неё немалым шоком — увидеть Басти, прикованным к стене, да ещё побывать реально рядом с ним, попав в тело той куколки. И ничего не могла сделать, ничем не смогла помочь! А вернувшись в своё тело, сразу ощутила сильную тошноту и ломоту во всём теле. Как ещё камень смогла зачаровать с посланием для лорда Лестрейнджа? Как смогла дойти до комнаты жениха и дать поручение Борги? Всё почти как в тумане.
Там она и опустилась в кресло, чтобы прийти в себя. К счастью, ужасное состояние длилось недолго. Потихоньку её отпускало, тело расслаблялось, проходила неприятная мелкая дрожь, дышать становилось легче.
— Это только в первый раз так с аватаром, — раздался философский голос с картины. — В следующий раз будет проще. Так что там с моим внуком?
Санни удивлённо вскинула голову. Портрет деда Басти опять ожил, хотя вроде как обещал, что будет снова неподвижным очень долго.
— Что вы так смотрите? — спросил Леонардо Гамп. — Подойдите ближе, покажу кое-что из своих записей.
Она встала и подошла ближе к портрету. А Леонардо вынул из кармана небольшой томик, полистал его, и протянул к ней в раскрытом виде.
— Читайте!