Сани поглядела, всё ещё ощущая, как кружится голова, буквы были мелкими, трудно разглядеть. Пришлось взять книгу в руки и поднести к глазам. И разбирать рукописный текст:
«Аватар — сложный древнескандинавский артефакт…», — она перевернула страничку ветхого томика.
— Откуда у вас эта книга? — спросила рассеянно, отрывая взгляд от текста. Поглядела на дедушку Басти, который смотрел на неё очень странно — как будто с изумлением. — Что?
— Вам всё ещё плохо? — спросил тот как-то напряжённо. — Дайте мне руку, по пульсу можно многое определить.
— Сейчас, — Санни разгладила страничку и протянула ему руку. — Тут как-то неразборчиво написано…
Ощутив крепкие пальцы на своём запястье, она снова поглядела на Гампа, да так и застыла. Её рука была в картине, прямо как тогда, с Даркером. И пальцы Леонардо Гампа ощущались совершенно нормально, тёплые, упругие…
— Что происходит? — пробормотала Санни, хотя страшная догадка уже появилась в мыслях. — Вы узник портрета? Мистер Гамп!
— Вижу, вам это не в новинку, мисс Прюэтт, — напряжённо ответил Леонардо. Он держал её руку своими обеими очень крепко, не вырвать. — Случалось уже такое?
— Д-да, — ответила Санни, вспыхивая безумной надеждой. — Но тогда мне помог кузен. Боюсь, я одна не смогу вас вытащить. Сил не хватит.
— Даже так?! — глаза Леонардо Гампа заблестели очень ярко, то ли надеждой, то ли восторгом — не разберёшь. — И вы всегда можете проникнуть в портрет?
— Только когда не задумываюсь, — призналась Санни, краснея. — Лучше не отпускайте мою руку, не уверена, что смогу повторить. Я позову… наставника, он точно поможет.
— И как вы это сделаете?
— Лаки! — позвала Санни, а когда домовушка появилась рядом, попросила: — Срочно позови сюда профессора Даркера!
Лаки ахнула, поглядев на руку хозяйки и бесшумно исчезла.
— Ну хорошо, — сказал Гамп, словно успел взять себя в руки. Глаза больше не блестели, смотрели вдумчиво. — По пульсу могу сказать, что вы в порядке, мисс Прюэтт.
— Вы — целитель?
— В какой-то мере, — усмехнулся Леонардо Гамп. — Я учёный. Этот Даркер? Кто он? Вы его вытащили из портрета?
Санни улыбнулась, она не была уверена, что Даркер одобрит её болтливость. Тем более, в коридоре уже слышались быстрые уверенные шаги.
Даркер зашёл в комнату Рабастана и сразу же оценил обстановку.
— Кто это, мисс Прюэтт? — спросил наставник хладнокровно, подходя к портрету.
— Муж леди Сольвейг Гамп и дедушка Рабастана, — быстро ответила Санни.
— Леонардо Гамп, — представился дед Руди и Басти с достоинством. — А вы, сэр?
— Дэн Даркер, профессор чар и защиты от тёмных искусств. Декан факультета Слизерин. Кто вас заточил в портрете, мистер Гамп, и за что?
— Один из сподвижников герра Гриндевальда, — пожал плечами Гамп. — Полагаю, я был не единственным, кто таким образом поплатился за отказ сотрудничать. Так вы поможете? Я уже с трудом удерживаю руку мисс Прюэтт.
— Давай, Санни, — подумав пару секунд, решился Даркер. — Попробуй вытащить его руку наружу, дальше я сам. Не сопротивляйтесь, Гамп, и держитесь крепче.
— Да я, собственно…
Санни потянула изо всех сил, но ощущение было такое, словно вытягивает мистера Гампа не из портрета, а из бетонной стены, где тот был надёжно замурован. Вот показались кончики его пальцев, вот вся кисть той руки, что обхватывает её запястье. Ещё бы немного, но у неё почти уже закончились все силы. Санни зажмурилась и упёрлась одной ногой в стену. Рывок! И Даркер тут же перехватил показавшееся из картины запястье Леонардо.
Санни всё равно боялась отпустить его руки. И в результате, как в прошлый раз, все повалились на ковёр, когда жадная картина вдруг легко выпустила свою жертву.
Санни тут же поднялась, да и мужчины вставали. Она заполошно поглядела на опустевшее полотно. Её трясло мелкой дрожью, а дыхание никак не могло восстановиться.
— Очки! — расстроенно выдохнул Гамп. — Они упали, это тоже уникальный артефакт.
— Достаньте его очки, Санни, — раздражённо попросил Даркер. — Скажите спасибо, что…
Всё ещё дрожащая как в ознобе, Санни, тяжело дыша, нашла взглядом очки на картине, подхватила их с ковра и протянула Леонардо Гампу.
— Возьмите, сэр.
— Может и ковёр заберём? — хохотнул Даркер, вдруг приходя в прекрасное настроение.
Санни сердито оглянулась на него, подхватила край ковра, потянула, а потом пришлось срочно отскакивать в сторону. Вместе с зелёным пушистым ковром, который поддался очень легко, из картины поехали кресло и стол, обрушиваясь в комнату. Благо мужчины успели подхватить громоздкую мебель чарами левитации. Картина вдруг подёрнулась рябью и холст потемнел, лишаясь всяких красок.