— Раз Стив обещал… — хмыкнул Морн добродушно.
Гвен на его согнутой руке вроде бы уже не стеснялась. Глядела на провожающих, гордо задрав подбородок. Увидела Мэлл, которая тоже пришла провожать, просияла.
— Мэлл! А это наш папа! — крикнула она. — Мы будем у него жить в большом доме!
Все вокруг заулыбались, а Мэлл подобралась ближе к Морну, поцеловала Гвен в локоток и потрепала красного от всеобщего внимания Оуэна по кудрявой голове.
— Я так за вас рада! — сказала его сестрёнка.
Харальд и не заметил, как подошёл Влад и встал рядом.
— Что за перец? — спросил друг тихо. — Нормальный хоть?
— Классный, — так же тихо сообщил Торнхиллу Харальд. И продемонстрировал лук, который так и таскал с собой. — Вот, лук мне помог сделать. Говорят, лучший охотник ковена. У него есть мелкий сын и жена Марта, как наша Марта Яксли, только молодая. И скоро ещё родится младенец. Кстати, помнишь Джесси Морна, вон, крутится возле охотника. Ингис — его старший брат.
— Круто! — оценил Влад. — Многодетный папаша, значит.
— Теперь, да, — пожал плечами Стерн.
— Ты дал наводку?
— Да я только рассказал немного, — Харальд вздохнул. — Только не думал, что так быстро всё будет. И лук — сразу. И дети вот.
— Решительный мужик, — хмыкнул Влад. — Слушай, а попроси Юджина, чтобы достал мне что-нибудь по целительству. Ты же говорил, у него много книг.
— А чего сам? — Стерн всё ещё смотрел как прощаются с Ингисом Морном. Вот активировали портключ, а Оуэн вцепился в ногу новообретённого папаши. Вот исчезли, а зрители стали расходиться. — Вообще, напиши в пожеланиях. Стив Пранк — секретарь лорда-дракона в главном поместье, где точно есть какая-то библиотека.
— А ещё жена Магнуса, Таша, целитель, — сказал над их головами неслышно подошедший Бойл. — И Клоди Фишер тоже. А ты, парень, целительством интересуешься?
Влад смешался, Харальд поспешно их представил друг другу. А Бойл сразу позвал:
— Клоди! Миссис Фишер! Подойди, пожалуйста!
И Стерн увидел ту самую целительницу, что их вчера осматривала. Клоди сразу подошла, как раз шла мимо.
— Что случилось, мальчики? — спросила озабоченно. — Что-то болит?
— Нет, мэм, — дружно ответили они с другом.
— Вот этот парень, — подтолкнул вперёд Влада Бойл. — Хочет книгу по целительству. Интересуется.
Клоди поглядела на Торнхилла так скептически, что Стерн поспешил вмешаться:
— У Влада целительство в крови, мэм! Он и заклинания некоторые знает. Лечил всех, ну, по мелочи. Синяки, там, раны, и эта, как его, диагностика.
— Ну хорошо, — взгляд Клоди стал заинтересованным. — Влад? Правильно? После обеда я тебя проэкзаменую, если не возражаешь. Знаешь, где кабинет Стива Пранка?
— Я ему покажу, — вмешался опять Стерн. — Мне сестра показывала.
Влад молчал, заливаясь краской. Только кивнул растерянно и бросил на Стерна заполошный взгляд.
Клоди уже отошла, спеша в домик Марты. Бойл тоже ушёл по своим делам.
— Экзамен, Хэрри? — хрипло спросил Влад. — Да я ж ничего не умею. И эта красивая леди… Блин, принесло же этого Бойла!
Стерн засмеялся. Настроение вдруг повысилось ещё больше. Он хлопнул Влада по плечу, потянул к Загону.
— Пойдём, соберёшь листки у ребят, — сказал он весело. — Отдам Пранку, пока он здесь.
— Да, точно, — Влад приободрился, расправил плечи. Вспомнил, наверное, что теперь вожак у старшей группы.
А Харальд уже понял, что напишет. Хватит пары слов. Охотником он хочет быть, как Ингис Морн, вон его как все тут уважают. А лучшим или нет — время покажет. Лук и кинжал у него уже есть, дело за малым — тренироваться.
***
Митчелл Элмерс воспринимал прошедшие три дня после свадьбы, как дивный сон. Казалось бы, брачные игры с вейлой должны были лишить его всех сил, ума и здравого рассудка. Но проснувшись на утро третьего дня рядом с Вилли, которая смущённо куталась в простыню, краснела и заикалась, став в одночасье собой прежней, Митч ощутил, что не просто полон сил, но готов за неё горы свернуть сию же минуту.
Пришлось применить всё своё красноречие и дар убеждения, чтобы Вилли поверила, что ничего плохого не случилось, и стыдиться ей совершенно нечего. Немного приукрасив, Митч рассказал ей о свадьбе, потому что супруга почти ничего не помнила. Благо, то, что стала его женой во всех смыслах, она всё-таки осознавала. И даже помнила самое главное — что Митч признался ей в своей любви.
Вилли наотрез отказалась выходить из шатра, но согласилась, чтобы Митч перенёс их в свой замок. Пришлось переноситься вместе с ковром, который в замке торжественно водрузили на алтарь. Иначе Джерри бы не простил, потеряй они возможность усилить родовой камень. Да и сам Митч хорошо помнил наставления предков. Ритуал возложения ковра на родовой камень с девственной кровью супруги, да и не только, Митч проводил сам вместе с братом и Вилли. И все трое стали свидетелями, как ковёр сгорел в буквальном смысле, а камень рода заметно увеличился в размерах.