— Папа? Санни?
Ричард тут же опустился на колени у края ямы и положил руку на голову сына.
— Я здесь, Басти! И Санни рядом. Всё позади. Молчи пока, ты в безопасности, но Джейми нужно тебя немного подлечить.
Басти послушно замолчал, только хрипло дышал и изредка глотал воду. Только через десять минут Джейми понял, что достаточно сделал — больше он не смог бы помочь жениху Санни ничем.
— Всё! — выдохнул он, отстранился от Рабастана, ощущая сильнейшую слабость, и посмотрел на Ричарда. — Его бы целителю показать как можно быстрее, сэр. Угроза для жизни ещё есть, но самое поганое я устранил.
— Возвращаемся! — рявкнул Лестрейндж, лично выдернув сына из ямы.
Джейми помогли вылезти два боевика. И кто-то его сразу высушил. А на Басти появились лишь чистые сухие штаны. Было совестно, что сил дракона-целителя не хватило в этот раз на глубокие раны на запястьях и шее бедолаги Басти. Да и на другие ссадины, синяки и заплывшие щёлочки-глаза. Но кто же знал, что убить какую-то гадость в его организме будет так сложно.
Ричард сразу прижал Басти к себе, не пригодившуюся палатку свернули мгновенно, а хлыст лорда резко обвился вокруг сплотившейся рядом команды.
Они появились в том же зале, где уже стояла широкая кушетка, покрытая белой простынёй. Рядом обнаружилась леди Сольвейг в плотной целительской мантии, знаком велевшая положить Басти на кушетку. Санни уже пришла в себя и с полными слёз глазами наблюдала за Басти, прижимая к груди сжатые кулачки.
— Спасибо, дракон-целитель! — Сольвейг остро поглядела на Джейми, едва коснувшись ладонью груди Басти. — Вы вовремя успели. Дальше я сама. Не мешайте!
И кушетку тут же закрыл огромный мутный пузырь, скрывший полностью израненное тело её внука вместе с ней самой. Сольвейг сразу принялась что-то творить внутри этого пузыря.
Ричард устало потёр лицо ладонями. Но тут же вновь стал выглядеть спокойным и уверенным в себе.
— Мистер Прюэтт, — посмотрел лорд внимательно. — Сильно потратились? Что нужно сделать, чтобы вы быстрее восстановились?
Джейми, ощущавший всё ту же дурацкую слабость, посмотрел благодарно, хотел ответить, но в глазах потемнело. Всё, что он смог — сделать, шатаясь, несколько шагов назад. А потом всё — его буквально подбросило вверх.
На пол он упал уже в виде дракона. Убедившись, что придавленных нет — боевики вместе с лордом и его гостями успели оказаться у стен — Джейми блаженно прикрыл глаза. Пять минут поспит, и вернёт себе человеческое тело… А то казалось, нет сил даже лапу поднять. Никогда он ещё так не выматывался. Джейми ещё успел подумать, как расскажет всё Агнешке, а потом уронил драконью голову на лапы, мгновенно засыпая.
***
Красный тяжёлый браслет лежал на столе Ричарда на широком блюде из чешуи дракона. Том глядел насмешливо. Он только что поделился магией с Рабастаном, наполнив резерв несчастного парня до краёв. И поэтому ощущал некоторую эйфорию, как всегда бывало в таких случаях.
— Прямо ностальгия, Дикон, — сказал лорд Гонт спустя долгих пять минут. — Эта штука по-прежнему фонит наитемнейшими проклятиями, и неправильность сохранилась неизменной. Твоему сыну повезло, что дракончик Джейми смог свести на нет влияние этой пакости. Ещё бы немного — сутки или меньше — и перерождение Рабастана в чудовище стало бы неизбежным. В какое именно чудовище — вопрос, но проверять я бы не советовал.
Том поднял палочку и наколдовал прозрачный купол над опасным артефактом.
— Уничтожить? — спросил Ричард, разливая свой лучший коньяк в несколько кубков. Малфой, Долохов, Рудольфус и Леонардо Гамп с благодарностью приняли кубки. Том тоже приманил к себе кубок с янтарным напитком и пригубил, как и все.
— Я бы не стал спешить, — ответил он задумчиво. — Проклятия я с него снял. Теперь он опасен только тому, кто наденет его на руку. Полагаю, уже никто. Но что-то мне подсказывает, что эту штуку не так уж сложно переделать во что-то более… полезное. Только здесь нужен гений артефакторики, а кроме твоего сына я не знаю, кому ещё ты мог бы доверить изучение этой вещи.
— Моя супруга могла бы посмотреть, — подал голос Леонардо Гамп, возмутительно молодой и пышущий здоровьем. Но вы правы, мой внук способен разобраться лучше, у него явный дар. И уже скоро он полностью восстановится, раз уж Сольвейг за него взялась.