Марта, робко сидевшая на краешке кресла, застенчиво улыбнулась.
— Я всегда мечтала о большой семье, сэр, — призналась она. — Не думаю, что Ингис станет возражать против ритуала и ещё одного сына. Где этот мальчик?
— Сейчас узнаем, — Ричард щёлкнул пальцами и велел домовику перенести ребёнка в кабинет. Он вкратце пояснил Марте почему хочет отдать ребёнка именно им с Ингисом. — Только имя ему надо придумать. Ванда Грэйбек предлагала имя Стефан, в честь своего предка — Стефана Батори, известного воина и полководца. Но вы с Ингисом вольны дать своё имя ребёнку.
Маленький безымянный маг безмятежно спал, не подозревая, что решается его судьба — домовик переместил его вместе с лежанкой.
Марта внимательно выслушала бывшего патрона, кивнула и подошла к ребёнку. Улыбнулась и погладила спутанные соломенные волосы.
— Мне кажется, мальчику подойдёт имя Дин, — задумчиво сказала она. — Дин Стефан Морн.
— Замечательное имя, — одобрительно кивнул Том, которому очень нравилась Марта. Он ни разу не пожалел, что попросил Ричарда найти маму для маленького Марволо. — А Ванду Батори вы можете пригласить, как крёстную малыша. Но это позднее. Сейчас главное — ввести детей в род твоего мужа.
— Мне это нравится, — поддержал его Лестрейндж. — Забирай Дина домой, Марта, и ждите нас через пару часов. Проведём все нужные ритуалы сегодня. И лучше бы малыша до ритуалов не будить.
Марта кивнула и палочкой навела на ребёнка сонные чары, потом подхватила на руки и, попрощавшись, шагнула к камину.
Том проводил её взглядом и поглядел на довольного Ричарда.
— Удивительная девушка, — сказал он Дикону. — Морну с ней повезло.
— Да уж, — согласился Лестрейндж. — Сокровище. Джаред Свенсон теперь и вовсе раздуется от гордости. Шутка ли — уже четверо внуков, а на подходе пятый. Надо бы прихватить Джареда с Октавией на этот ритуал основания рода Морнов.
***
Санни отказалась покидать зал, где Сольвейг оперировала Рабастана. Скорее, она даже не поняла, что все ушли, и весьма возможно, не заметила, как Джейми превратился в дракона. И теперь Руди видел, насколько она выглядит крошечной и хрупкой на фоне огромной морды своего кузена. Невеста Рабастана просто сидела на полу, скрестив ноги по-турецки, и не отрывала взгляда от компактной операционной, устроенной Сольвейг.
Кто-то умудрился наколдовать под Александрой мягкий пуфик, но девушка едва ли это заметила и оценила. Даже на прикосновение Рудольфуса к её плечу она никак не отреагировала. Лишь смотрела и смотрела неотрывно на мутный пузырь, закрывающий тело Рабастана. А ещё Санни держала осанку. Лицо было сосредоточенным и серьёзным, и оттого она казалась ещё более потерянной и юной.
— Оставь её, — посоветовал Долохов. — Малышка сейчас не здесь, она — с ним.
— Верно, — согласился с демонологом Леонардо. — Увести её отсюда сейчас — почти преступление. Моему внуку повезло с невестой.
— Ещё бы, — криво улыбнулся Руди. — Как бы они не оказались женаты уже сегодня, как желают отец и бабуля.
— Сделаем ставки, господа? — ухмыльнулся Долохов. — Или мы все солидарны с лордом Лестрейнджем и леди Сольвейг?
— Я уверен, что они смогут сдержаться, — нахмурился Руди. — Я хорошо знаю их обоих. Басти — кремень, и Санни тоже.
Леонардо покачал головой, а Долохов пожал плечами.
— Я бы не был столь категоричен, — хмыкнул он. — С помолвкой они уже успели всех удивить.
Рудольфус досадливо покачал головой, тяжело вздохнул и пошёл к выходу из зала. В Ирландию они переместились камином.
***
Санни прекрасно слышала мужчин, но смысл их слов не доходил до мозга. Все её мысли были рядом с Рабастаном и Сольвейг, боровшейся за его жизнь и здоровье. Санни так хотелось оказаться сейчас ближе, просто держать его за руку, просто услышать биение сердца, ощутить щекой его дыхание…
Сколько она так сидела? Кто знает. Время словно застыло вместе с ней. Она моргнула, когда вдруг оказалось, что пузыря над Басти больше нет. И Сольвейг нет. Ушла? Басти лежал на кушетке, перемотанный бинтами с головы до ног.
Санни медленно сползла с пуфика и еле передвигая затёкшие от неудобного положения ноги, побрела к кушетке. Теперь никто не стоял между ней и Басти. Она обошла кушетку и осторожно забралась на неё, ложась вплотную к Рабастану. Места рядом с ним было совсем немного, но ей хватило, чтобы обнять его за талию, поцеловать в полоску голой кожи на скуле и крепче прижаться, положив голову ему на плечо. Вот теперь всё было правильно, и она прикрыла глаза, выдыхая устало и счастливо.