Вот так, ни претензий, ничего лишнего — сухое сообщение. Если Салим не ответит, так тому и быть. Ингис сделал всё, что мог, и совесть его теперь будет чиста.
Из операционной вышел уже умиротворённый целитель, стягивая на ходу окровавленные перчатки. Несколько его помощников тоже покидали палату, оживлённо переговариваясь между собой. А целитель направился прямо к Ингису.
— Поздравляю, — добродушно сказал он. — У вас пацан. Я так понял, что именно вы ответственны за ребёнка?
— Это так, — кивнул Морн, чувствуя, как внутри потеплело. Значит, пацан. — Как он?
— Здоровый малыш, — целитель поглядел с прищуром. — Мне придётся передать вам пожелания матери, мистер Морн. Готовы выслушать?
— Конечно, — твёрдо ответил Ингис.
— Миссис Локхарт была в здравом уме и твёрдой памяти, — уточнил целитель с иронией. — Она просила вас не навещать её, забрать ребёнка и оплатить счета за её пребывание в больнице. Нам придётся её оставить ещё на несколько дней.
Ингис Морн согласно кивнул, он и не отказывался оплатить эти счета.
— Когда я могу забрать мальчика? — только и уточнил он.
Целитель глянул настороженно.
— А у вас есть условия для содержания младенца, мистер Морн?
— Конечно есть, — рассеянно ответил Ингис. — Моя жена уже приготовила кроватку и питание. Так, когда я могу забрать сына? Мне необходимо ввести его в род.
Теперь во взгляде тщедушного целителя засветилось что-то вроде уважения и даже толики зависти. Непонятно.
— Ах вот оно как! — целитель потёр руки. — Если в род, то конечно, конечно… Сейчас распоряжусь, чтобы вам его выдали. Счёт мы пришлём совой, когда выпишем миссис Локхарт.
Маленький свёрток ему вручили только через час. Сын смешно зевал крошечным ртом и жмурил глазки. Ребёнка вынесла добродушная целительница.
— Для вас мы открыли камин в этом зале, — доброжелательно улыбнулась она. — Он самый надёжный для переноса маленьких детей. Пойдёмте, сэр.
Вот так, несколько дезориентированный и растерянный, Ингис оказался дома с новым членом их семьи на руках. Его встречали уже, и не только Марта, но ещё и Ерофеич, Антонин и Том Гонт. Следовало догадаться, что мистер Гонт уж точно проконтролирует появление в доме нового жильца.
Мальчик охотно поел молока единорогов, и в родовом зале не испугался, таращил крохотные голубые глазки почти осмысленно. Но ритуал пришлось задержать, Ерофеич появился перед всеми с гортанным возгласом, протягивая только что доставленное письмо.
Ингис похолодел, поняв от кого оно. Пальцы подрагивали, когда он открывал послание.
«Здорово, первенец! — писал Салим. — Спасибо, что оправдал мои ожидания. Я никогда не пойму, в кого ты такой удался, но даже горжусь, что ты мой сын. Так знай, это точно твой брат, но можешь его официально усыновить. Что развивался всего половину срока — это мой подарок той леди, не спрашивай. Я многое мог, когда вернул себе настоящий облик, остаточный подарок ты знаешь кого за честно проделанную работу. Одна просьба — извернись, но создай свой род, прими мальчика в род по всем правилам, дай второе имя Николас — и будет у парня самый невероятный крёстный отец из всех возможных. Не поминай лихом. Не чужой тебе, Салим Ардо».
Пришлось Морну показать послание Тому и Антонину. Том остался невозмутим, только хмыкнул, покачав головой. Антонин радостно оскалился. Они оба уже были в курсе его истории — большим облегчением стало рассказать им всё ещё до принятия рода Морнов.
Введение в род прошло быстро, почти уже привычно и без всяких сложностей. Имя нового члена семьи сразу отразилось в родовой книге: «Скалли Николас Морн».
— Ирландское имя — Скалли, — одобрил Томас Гонт, провожая Ингиса с семейством в дом. — Антонин, что скажешь?
— Почти геральд, — хмыкнул Долохов. — Сказочником станет малыш, вот увидите.
Ерофеич подтвердил, что Скалли Николас точно от Салима. Он слышал о подобных случаях ускоренной гестации — беременности то бишь.
— Интересно сколько времени вынашивала сама Сельма своих детей? — спросил Том. — Вейлы, насколько знаю, носят приплод чуть не вдвое меньше.
— Сэльма всех детей носила по девять месяцев, — сразу отреагировал Ингис. — Не думаю, что в этом Салим мог соврать.
— Так ненастоящая была вейла, — хохотнул Антонин. — Поглядишь, сколько вынашивать будет твоя сестра Вилли, тогда и убедишься, что Том прав. Ладно, мы как, отпразднуем прибавление в семействе? Я чую божественные ароматы из вашей кухни. Морн, где там все твои бандиты?