Софи не осталась, ушла, хотя он попросил. Пол много думал, почему именно к ней он ощущал столько всего, что душу переполняло и переворачивало от противоречивых мыслей. Он хотел эту повзрослевшую Софи до звёздочек в глазах, до боли, до отчаянного крика, притаившегося в груди. А ей он, как оказалось, даже не нравился. От одной мысли о её стройных ножках тяжелело в паху, а от взгляда разных глаз перехватывало дыхание. А он её не привлекал, как мужчина. «Даже не друг!» — стучало в мозгу. Но Полу всё равно хотелось защищать, беречь, баловать и… однажды увидеть Софи счастливой.
С Дианой Ланкастер, хрупкой и утончённой леди, слишком напоминающей ему собственную мать, всё было иначе. Пол не ощущал чего-то подобного, просто хотел на ней жениться, полагая, что после свадьбы всё у них сладится так или иначе. Его корёжило, потому что Диана его откровенно боялась. Мама тоже боялась его отца. А отец жутко её ревновал. История повторялась, как рок. Пол теперь понимал, что мать отца, возможно, никогда не любила. Мама старалась не попадаться ему на глаза лишний раз, неоднократно оставалась ночевать рядом с Полом, на диванчике возле детской кровати. Неудивительно, что отца это раздражало и злило.
Полу хотелось семью — дочку Дианы он бы удочерил как полагается, а потом надеялся получить от неё ещё и сыновей. Он полагал, у них могли бы родиться красивые дети и этого было достаточно. Когда Диана выбрала другого — своего «мистера Палмера», Пола отпустило почти сразу. Это было сродни выпадению из морока, тёмного и всколыхнувшего в душе самые низменные чувства.
Совсем иное Пол ощущал к Софи, при взгляде на которую ещё пять лет назад душу щемило от пронзительной нежности. Теперь, когда она повзрослела, его чувства к ней перестали быть запретными. Но оказалось, простого созерцания ему теперь безумно мало. Софи видела в нём в лучшем случае давнего приятеля, а не любимого мужчину. И как её завоевать, как сделать, чтобы она тоже его захотела, у него не было ни одной идеи, никакого плана. Да и опыта ухаживания за понравившейся девушкой он так и не приобрёл.
Когда-то он радовался, что в итоге пошёл в отца — стал здоровым и сильным боевиком, способным бестрепетно выйти на гризли лишь с ножом и рогатиной. Или добыть труп мантикоры в одиночку. Полу ничего не досталось от хрупкой утончённой и пугливой мамы. Северная цитадель выковала из тщедушного ребёнка воина со стальными мышцами и широкими плечами. Теперь он сожалел, что его вид может отпугнуть Софи, хотя это он зря — Софи никогда не была трусихой, этот маленький и отчаянный борец, цельная натура, не признающая притворства и лжи.
— Ну ты и придурок, — заявил Причард, когда Софи сбежала. — Кто же так девчонок кадрит?!
— А у тебя, смотрю, опыт огромный, — язвительно заметил Пол. На душе было тоскливо.
— Есть какой-то, — не стал выделываться Кейси. — Но не в том суть. Софи особенная, хорошая девчонка. И не кокетка какая-то, настоящая она, понимаешь?
— Ты мне помочь, что ли, хочешь? — безрадостно хохотнул Пол, ощутив вдруг сродни уважения к весельчаку Причарду, говорившему сейчас очень серьёзно. Более того, Пол оказывается был полностью согласен с его мнением о Софи. — Я ей не нравлюсь, как мужчина. Ты же слышал.
— Чушь! — хмыкнул Кейси. — Мало ли, что она сказала, защищаясь. Между вами уже искрит. Так что шанс у тебя есть определённо. Только не запорол бы.
— Вали уже, дракклов советчик, — благодушно посоветовал Пол, поднимая лук. Волки решили, наконец, подойти ближе к воротам цитадели. А он уже думал, как будет вымаливать прощение у Софи. Цветы? Или более материальный подарок? Он не помнил, любит ли Софи цветы — они никогда не говорили на подобные темы.
Хорошо, пришла Шани и не стало нужды ломать голову, что подарить любимой девушке. Джоанна увеличила сама своё креслице и протянула ему готовое ожерелье, сделанное, наконец, по его заказу. Зубы и когти тварей смотрелись как экзотические бусины, расположившись хаотично на первый взгляд, но в целом очень гармонично. Он лучше бы не придумал, как сочетать жутковатые звенья. А ведь каждое подверглось тонкой обработке. На утолщениях тут и там можно было рассмотреть крошечные руны.
— Защитные? — поинтересовался он.
— Ага, — подтвердила Шани. — Там есть руна щита от огненной стихии, щит возникнет при возгорании, если Магнус Нотт не шутил. А ты знаешь, что он никогда бы не стал шутить с огнём. А ещё две руны тепла, твоя девушка не будет мёрзнуть даже от сильного ледяного ветра, когда на ней ожерелье. Для морозов не подойдёт, конечно, но на метле летать даже при сильном ветре сможет смело.