Крейг Кут жутковато оскалился на эти слова.
— Есть одно место, — загадочно уронил он. — Заодно три галеона заработаю. Макс, если хочешь, присоединяйся. Остальные свободны.
Макс бросился к своей койке, срывая с себя рубаху. Тоже принялся вытаскивать парадную одежду.
— Я с вами, — произнёс Пол безапелляционно, прикинув, что двух часов хватит, что бы там не задумал слетевший с катушек Крейг.
Кут поглядел на него внимательно своими почти нереально синими глазами, потом выдохнул и кивнул.
— Ладно, — согласился неохотно. — И хватит, парни. Мы ненадолго.
Полу переодеваться резона не было, он и без того был прилично одет, да и невесту искать не требовалось. Кут всерьёз заинтриговал. В голову вообще не приходило, где же он собрался добывать девчонку для себя. Пол только надеялся, что не в борделе у мадам Матильды.
Портключ Кута перенёс троих боевиков ковена в переулок за банком Гринготтс. Крейг оглядел Пола и Макса и мрачно кивнув им, направился куда-то вглубь жилых улочек на окраину магического посёлка. Пол знал, что где-то там жили раньше Таша, жена Магнуса, и Клоди, жена Шона Фишера.
Удивило, что Крейг Кут так хорошо ориентируется на местности. Парень шёл целенаправленно быстрым уверенным шагом. Даже срезал путь по почти нехоженным тропкам. У попавшейся на пути продуктовой лавки, тоже явно хорошо ему знакомой, Крейг остановился в нерешительности, оглянулся на них с Максом, но потом всё же вошёл внутрь.
— О, мистер Кут, — вспорхнула за прилавком тощая девица неопределённого возраста. — Давненько к нам не заходили, добрый сэр!
— Дела, Нэнси, — коротко ответил Кут, не ответив на радостную улыбку девицы и положил на прилавок галеон. — Собери побыстрее, как обычно, мы спешим.
Нэнси, опасливо глянув на Пола и Макса, благоговейно взяла галеон и, завернув его в тряпицу, спрятала куда-то под прилавок. А потом принялась суетиться, набирая в кульки конфеты, орехи, пирожки, печенье и какие-то другие сладости. Внушительную гору угощений она сноровисто упаковала в один холщовый мешок и протянула Крейгу с ещё более ласковой улыбкой.
Пол продолжал недоумевать, как и Макс, с которым они тревожно переглянулись.
Выйдя из лавки, Крейг решительно устремился дальше вглубь кривых улочек, где дома выглядели всё беднее, а заборы, ограждающие запущенные дворы, всё выше. Пол здесь раньше не бывал, чутко прислушивался к лаю собак, тихим шорохам и теням местных жителей, высовывавшихся из покосившихся окон или из-за дверей — тройка боевиков ковена явно была в новинку у местных бедняков.
Наконец они вышли к неогороженному ветхому бараку посреди зарослей колючего кустарника, заподозрить внутри которого какую-то жизнь не пришло бы в голову Пола, даже обладай он богатым воображением. Но Крейг уверенно направился именно к этому старому сараю, где щели были кое-где куда шире кое-как приколоченных досок.
Дверь, нашедшаяся позади барака, единственная выглядела крепкой и не так сильно обветшавшей. Крейг трижды стукнул по ней кулаком, подождал и стукнул ещё два раза. А потом побарабанил пальцами по металлической пластинке.
Спина Кута выглядела напряжённой, выдавая его волнение. Тишина и Пола начала нервировать. Макс расслабленно глядел по сторонам, скрывая своё недоумение под обычной маской непробиваемого спокойствия.
Наконец заскрипел засов, послышались ещё какие-то шорохи, дверь на пару дюймов приоткрылась и старушечий голос вопросил:
— Кто там?
— Это я, Крейг Кут, — громко ответил Крейг, отступая от двери. — Доброго здоровья вам, миссис Харви.
— Мистер Кут! — ахнула старуха и загремела какими-то цепями. Дверь, наконец, открылась, являя взглядам мужчин подслеповатую старую леди в ветхой заплатанной мантии, давно потерявшей цвет и фасон. — Как давно вы у нас не были! Ой, а кто это с вами?
— Мои друзья, — коротко отрекомендовал их Кут. — Ничего не бойтесь, миссис Харви. Я гостинцев принёс девочкам. Мы ненадолго. Мне надо увидеть мисс Бейкер.
— Понимаю, дорогой сэр, — закивала старуха
Их пропустили в узкий коридор, ведущий в большой светлый зал с широким овальным столом, и Пол, наконец, осознал, что внешность этого дома — весьма искусная иллюзия. Бараком он был лишь с наружи, внутри же оказалось светло, тепло и достаточно чисто. Деревянные полы были выскоблены, на стенах развешаны детские рисунки. Пройдя в большое помещение, они остановились у совершенно пустого овального стола со множеством стульев и табуретов по окружности. Здесь можно было разместить пару дюжин человек, если не больше.