— Да, пап! Я не маленькая, понимаю, — Стелла надула губки. — Это вы, маги, беспечные. А у нас тут сложная жизнь, и всяких м-м гадов хватает. И серьги, и кольцо не снимаю, не волнуйся. Мне ещё Райли браслет подарил…
— Какой ещё Райли? — насторожился Маклейн. — Что за браслет?
— Зря сказала, — нахмурилась дочь с досадой и вздохнула. — Райли хороший, он тоже сквиб. И он дружит с дядей Морисом. Я с детства его знаю! А браслет не обручальный, не бойся. Он защитный и очень красивый.
Она продемонстрировала запястье с браслетом из продолговатых белых и голубых камешков, пригнанных друг к дружке изломанными линиями, словно это одно целое. Очень красиво и стильно, и это настораживало — недешёвое украшение.
— Что у тебя с этим Райли? Как его фамилия?
— Не смей его проверять! — возмутилась Стелла. — Он из Алленов. Это хорошая семья, они и в магическом мире известны. И ничего у нас нет, он просто приятель.
— Стелла, — строго поглядел он. — Имей в виду, мама и Элли заберут тебя через две недели. Поедете в Италию на месяц, и не спорь. Я тоже постараюсь вырваться к вам хотя бы на неделю.
— Да помню я! — посмурнела дочка. — А можно мне не ехать? Ну, папочка! У меня тут дела.
— Нельзя! — отрезал он, но сразу смягчился. — Мы скучаем, милая.
— И ты потому дёргаешь меня этим зеркалом только тогда, когда у тебя всё плохо? — пробурчала дочь. — Да ладно, не хмурься. Сильно хреново?
— Терпимо, — улыбнулся он. — Претензию понял, постараюсь вызывать чаще.
— Ой нет! — округлила Стелла испуганно свои красивые глаза. — Я умная и самостоятельная! У меня всё хорошо и мне уже пятнадцать! Ты лучше Элли почаще проверяй, у неё проблемы с боёвкой — защитные заклинания, щиты и всё такое, но я тебе ничего не говорила.
— Конспираторши, — вздохнул Эрвин неодобрительно. — Щиты потренируем, спасибо, что предупредила. Ладно, милая, смена была так себе, а под конец и вовсе... Спасибо, что поговорила с отцом. Но с твоим кавалером Райли я хочу познакомиться.
— Он на десять лет меня старше! — фыркнула дочь, отводя взгляд. — Ну какой он кавалер? Я же говорю — он просто друг.
— Друг! — покивал он. — Который дарит моей дочери дорогой браслет. Я найду его, Стелла, и побеседую, даже если ты возражаешь. Хочешь облегчить мне задачу, сама организуй нам встречу.
— У тебя паранойя, — грустно вздохнула Стелла. — Или профдеформация, что одно и то же. Я договорюсь с Райли о встрече с тобой. Постучи мне, когда отоспишься. И не смей его запугивать — он не из пугливых.
— Поспи ещё, детка, и прости, что разбудил.
— Я тоже тебя люблю, папочка, — светло улыбнулась дочь. — Ты выглядишь усталым. Отдохни дома, не набрасывайся на Элли сегодня с этой боёвкой и поцелуй за меня маму.
Он тепло попрощался с девочкой, ощущая, как на душе стало светлее и спокойнее. Да, в мире много грязи, но как же не хочется, чтобы эта грязь коснулась его семьи. Понятно, что за старшую он всегда переживал больше, живёт, пусть и с родным дядькой, но практически в другом мире. И только жалкие несколько дней видятся в году, да и то, на выезде. Даже друзья семьи не подозревают о существовании вот такой вот доброй девочки Стеллы Лейн, редкой красавицы и умницы, сквиба от рождения.
Эрвин отложил пергамент, заполненный едва ли наполовину. Свои личные выводы по делу малолетнего маньяка, не заняли много места. Преступления очевидны, но, увы, не доказуемы. А бездоказательные теории к делу не пришьёшь. Впрочем, Поттер умел читать между строк, и формалистом не был никогда. Потом ещё обсудят это дело за кубком хорошего коньяка. А официально — вот эти пустые строчки: пострадавший… очевидно, месть… необратимое членовредительство… проходит лечение у целителя-мозгоправа Януса Тики… последствия пребывания под обороткой козы пока неясны.
«Вы же найдёте подонков?» — вспомнил он горящий взгляд зарёванного мерзавца.
Очухался болезный, и даже любвеобильный козёл Аберфорта и удары башкой о столб не свели гадёныша с ума. Что поделать, чистокровные маги живучи. И есть ли там мозги в черепной коробке пострадавшего — ещё вопрос.
«Непременно расследуем ваше дело! — холодно ответил ему капитан Маклейн. — Постарайтесь найти время после выписки и посетить аврорат для дачи показаний. Всего доброго, мистер Треверс».
«Это ковен Ноттов! — крикнул ему вдогонку неугомонный пациент. — Они и отца… Я уверен, что это они! Или Лестрейнджи — префект меня ненавидит!»