- Он предлагал тебе встретиться?
- Пока нет, но теперь несомненно предложит. Если умный. А я всё-таки дураком его не считаю. И да, не забудьте передать своему Джейми, что я его жду в полдень. Обнимите мать, прежде чем уйти, а лучше оставайтесь на ужин и ночлег, порадуйте нас. И ни слова матери про сестру, ясно?
- Да, папа.
- Да, отец, мы останемся и подождём Оскара.
- Вот правильно, эльфы справятся, а вы только напугаете девочку. Мне приятно, что вы стали взрослее и рассудительнее. Возможно, ваша затея с драконами не такая и пропащая.
Гидеон просиял и постарался быстрей увести брата, у которого на лице было написано, как он «доверяет» эльфам.
Джейсон посмотрел им вслед и устало откинулся на спинку кресла. Ждать он умел.
Глава 22
- Что это у тебя? - Мэдисон заглянул в сумку Эжени, куда та убирала книги, и ловко выхватил пухлую папку.
В библиотеке народу почти не было, кроме двух рэйвенкловцев-старшекурсников и одного третьекурсника-гриффиндорца. По случаю воскресенья остальные ученики, видимо, нашли себе другие виды отдыха.
- Отдай! - возмущённая Эжени попыталась выхватить свою папку, но медведь Мэдисон только хмыкнул и остановил её порыв, ухватив своей лапищей за плечо; другой рукой он ловко развязал завязки на папке, лежащей перед ним. - Мэдисон! Не смей!
Мисс Вуд задыхалась от возмущения, но убрать с плеча его руку или вывернуться из-под неё никак не получалось, как и дотянуться до своей папки.
Её новоиспечённый жених вгляделся в верхний лист и присвистнул, вызвав укоризненный взгляд мадам Пинс, поглядевшей в их сторону с неодобрением.
- Твоё? А я всё голову ломал, что ты такое рисуешь...
- Жалко, что не сломал.
- Что ты сказала?
- Мэдисон! - прошипела она, сдерживаясь, чтобы не кричать. - Ты придурок! Немедленно отдай мою папку!
- Милая, ну что ты! Я ведь только смотрю.
И эта сволочь принялась преспокойно разглядывать рисунки.
Эжени ощутила, как заливается краской. Казалось, вся кровь прилила к голове. Представив, какие рисунки он может увидеть в папке, мисс Вуд ещё раз дёрнулась - теперь назад, отчего рука Мэдисона соскользнула.
Эжени сразу вскочила и, обежав стол, за которым они сидели, выхватила папку из-под его руки - помогла внезапность - после чего направилась к выходу из библиотеки.
Ругая про себя не в меру любопытного жениха, она быстро шла к гриффиндорской башне, прижимая к себе папку и изо всех сил сдерживая порыв перейти на бег. Порадовалась даже, что с тех пор, как её отстранили от должности старосты, вернулась в свою старую комнату - она сильно сомневалась, что сможет теперь спокойно жить рядом с наглым, ненавистным Рудольфусом Лестрейнджем. Ей и раньше не нравилось это соседство, а после случая с помолвкой - тем более. И даже то, что Молли не делила теперь с ней старую комнату, не слишком расстраивало. Отношения с подругой сильно изменились, да что там - изменились и подруги: и Молли, и она сама. И как теперь будет, сказать сложно. Вероятно, это и есть взросление.
Эжени всерьёз подумывала о том, чтобы попросить декана МакГонагалл вообще освободить её от должности, пусть делают постоянным префектом временно её замещающую полукровку Эву. Той - счастье, вон как сразу стала на всех поглядывать свысока, а Эжени смогла бы вплотную заняться учёбой и разобраться в себе.
До башни оставался один лестничный пролёт, когда Реган её догнал. Она и не ждала от него иного, потому даже не удивилась, продолжая подниматься и не обращая внимания на топающего рядом слизеринца. То, что он даже не извинился, было обидно.
У портрета Полной Дамы парень кашлянул, привлекая её внимание.
- Ты сумку забыла, - сообщил он, осторожно повесив эту сумку ей на плечо. - Буду тебя ждать через двадцать минут у главного выхода. Одевайся теплей, на улице ветрено.
Развернулся и ушёл, не дожидаясь ответа. Бессильно опустив руки, Эжени смотрела ему вслед, закусив губу.
А вот возьмёт и не придёт! Папка выпала из расслабленных рук, рисунки разлетелись по полу. Эжени опустилась на пол, принимаясь их собирать и понимая, что всё равно пойдёт в Хогсмид. Никуда не денется. И зачем положила эту папку сегодня в сумку? Ах да, хотела ведь забежать к Молли, показать кое-что из новых рисунков, особенно из тех, что рисовала в Италии, и посоветоваться, уничтожить или оставить. Только теперь времени уже не оставалось.