- В туалет, - буркнул ребёнок. - Мы будем смотреть Хогвартс?
- Сегодня уже поздно. Туалет там. Сам справишься?
- Я не маленький!
Бросив на него обиженный взгляд, ребёнок утопал в туалет, а Робертс оценивающе оглядел детскую кровать, застеленную красивым бельём с разноцветными бабочками. Она стояла в углу его комнаты, а рядом была даже детская тумбочка, тоже разукрашенная какими-то мелкими зверьками. И светлячок над кроватью имелся, и полочка с двумя детскими книжками, непонятно откуда раздобытыми домовиками.
- Спасибо, Макки, - кивнул он домовушке, ожидавшей его вердикта. - Всё очень хорошо.
Та просияла и спросила, надо ли подать ужин для мальчика сюда или он пойдёт в Большой зал.
Представив, какой фурор произведёт появление его сына в Большом зале, Робертс усмехнулся. С другой стороны - прятать его неделю вряд ли получится. Отправить на учёбу с первокурсниками - тоже как-то несерьёзно, а запирать у себя в комнате...
И как он не подумал об этом заранее? Вообще-то, даже в больнице мальчишке было бы веселей. И подкормили, и подлечили бы там. А ему, по большом счету, заниматься ребёнком практически некогда.
- Одевайся, Северус, - сказал он вернувшемуся отпрыску, - пойдём ужинать.
- В Большой зал? - расширил глаза ребёнок, начиная стягивать пижаму.
- Нет, - чуть скривился Робертс. - Сегодня поужинаешь на кухне - с домовиками.
- А ты?
- Я не смогу быть с тобой всё время.
- Ты будешь ужинать в Большом зале?
Робертс вздохнул, глядя, как домовушка подаёт сыну одежду.
- Я профессор и обязан там ужинать.
Обида в глазах сынишки пропала, сменившись возмущением. Он скинул только что надетый ботинок.
- Я не хочу есть с домовиками! Я хочу в Большой зал!
Робертс с минуту смотрел на его скрещенные на груди руки и насупленную мордашку. Сдержав раздражение, он прикинул все за и против и скомандовал:
- Хорошо, тогда быстро одевайся, посмотришь сначала Слизеринскую гостиную. Но имей в виду, одна твоя жалоба и отправишься к домовикам. Это понятно?
Ребёнок подозрительно посмотрел и принялся поспешно натягивать ботинки, игнорируя домовушку.
- И ещё, - добавил Антуан, ощущая себя не самым лучшим образом, - пока ты здесь, никто не должен знать, что ты мой сын. Иначе тебе придётся проводить всё время в моих комнатах, пока маму не выпишут из больницы.
- Не скажу я. Но ты тогда тоже не говори, - пробурчал Северус, вскакивая на ноги. Он даже притоптывал от нетерпения. - Я готов.
- А мантия?
- Сейчас!
Он позволил домовушке помочь надеть мантию, но только потому, что сам явно не умел её надевать. Или просто торопился.
- Макки, перенесёшь нас туда же, откуда забрала меня.
- Макки сделает!
Уже в пустом классе Антуан взял сына за руку и спросил:
- Что ты скажешь, если спросят прямо, не мой ли ты сын?
Северус задумался, глядя исподлобья.
- Скажу, что это не их дело, - выдал он.
- Грубо, не находишь?
- Скажу, что ты мне не отец.
- А врать точно не стоит, - Робертс не показал, как это его покоробило.
- Ладно, я придумаю, что сказать, пойдём уже!
- Хорошо. Меня будешь называть - профессор. Но только при посторонних.
- Я понял! Пойдём!
Робертс вздохнул и вывел его в коридор, внезапно понимая, что ребёнок его вообще никак не называет. Но здраво рассудил, что это дело наживное, и начинать настаивать сейчас, когда сам попросил скрывать правду, просто нечестно по отношению к сыну - запутается.
На этот раз в гостиной атмосфера царила вполне обычная - кто-то смеялся, кто-то болтал, кто-то читал, в углу пятикурсники играли в какую-то игру, устроившись прямо на полу.
- Профессор! - Флинт соскочил с дивана, заметив его первым, что-то старательно прикрывая своим телом. Он с изумлением уставился на Северуса.
Выяснять, что прячет Флинт, Антуан на этот раз не стал. Во-первых, было совершенно не до него, во-вторых, выяснять смысла нет - и так понятно, что Квинт может прятать.
Тишина установилась почти сразу, на его сына глядели с любопытством.
- Это Северус, - представил его Антуан. - К сожалению, у него приключилась беда - его мама, моя давняя знакомая, тяжело заболела. Других родственников, способных позаботиться о мальчике, нет, и поэтому неделю он будет находиться на моём попечении, пока его мать не выпишут из Мунго. Был бы рад вашей помощи, потому что, сами понимаете, следить за ним постоянно я не смогу физически. А домовиков он не жалует.
- Какой симпатяга, - Беллатрикс с Валери подошли к мальчику первыми и представились.
- Здравствуйте, я Северус Снейп, - серьёзно ответил ребёнок. - Мне почти восемь лет.
Робертс вздохнул - а чего он ждал, что мальчик назовётся его фамилией? Раньше надо было думать, но как думать, если это чудо было постоянно рядом.