— Не уверен, что это хорошая идея, — медленно ответил он, подбирая слова. Это мантикора какая-то, а не респектабельная вдова. Напрасно он вообще сюда пришёл.
— Соглашайтесь, — настойчиво проговорила Мюриэль. — Я готова оплатить ваши услуги.
Он вскинулся с подозрением, гадая, в каком виде ему предлагают оплату. Не то, что он был против натуры.
— Та же сумма устроит? Но вы платите за обед.
— За всех? — быстро прикинул он стоимость обеда в ресторане. Когда-то он имел счастье обедать в дорогом ресторане с Долоховым. Платил, конечно, Антонин. Но Август заметил сумму в магловском чеке. Выходило, что, если ему дадут те сорок галеонов, потратить на обед придётся едва ли не половину, а то и больше.
— Нет, за нас двоих. Ресторан магловский.
— Я понял, — он прекрасно знал, что в магическом мире хороших ресторанов не найти, да и назывались они иначе. Таверна, паб, кабак. Придётся обменять в Гринготтсе галеоны на фунты. И хотя получалось, что от сорока галеонов останется едва ли половина, Август решительно кивнул: — Согласен.
Щелчок пальцев, и на столе появляется тот самый мешочек, набитый золотыми.
— Сорок галеонов, — любезно сообщила хозяйка.
— Благодарю, мэм. Я рад составить вам компанию, — он сунул деньги в карман, с тоской думая о том, куда подевалась его гордость. Вот уже готов позволить женщине платить за себя. С другой стороны, это просто деловое соглашение, не дающее никаких гарантий на продолжение.
— Прекрасно, Август. Я пришлю вам сову с названием ресторана ближе к четвергу. Надеюсь, вас не надо провожать?
И, хотя миссис Прюэтт приятно улыбалась, Руквуд с досадой осознал, что ему просто указали на дверь.
— А можно мне воспользоваться камином? — наглость, конечно, но отчаянно не хотелось аппарировать после сытного обеда, да и что скрывать, стало любопытно проверить границы дозволенного.
— Пожалуйста, — указала Мюриэль на камин. — И ещё, Август, я надеюсь, вы знаете, что в ресторан принято приходить в костюме.
Руквуд скрипнул зубами и кивнул. Следовало самому об этом подумать. Придётся, пожалуй, купить приличный костюм. То, в чём он был с Долоховым в том ресторане, не годится для кавалера такой шикарной дамы, какой была госпожа Мюриэль. Оставалось мысленно распрощаться с гонораром — впору было волноваться теперь, что на обед может и не хватить.
Руку, которую ему протянули для поцелуя, захотелось укусить. Поняв, что это будет слишком по-детски, Август впал в другую крайность — быстро перевернув кисть Мюриэль, прижался губами к её запястью, там, где виднелись голубые венки под нежной кожей.
Ожидал, что вдова вырвет руку, возможно, даст пощёчину, но только не того, что в ответ леди легко погладит его по щеке кончиками пальцев.
— Как мило, — произнесла Мюриэль, заставив его вспыхнуть. — До свидания, мистер Руквуд.
Обращение так не соответствовало интимному жесту, что о своём порыве пришлось сразу пожалеть.
Бросив летучий порох, Август назвал первый пришедший в голову адрес и удивился, оказавшись в «Кабаньей голове». Кружка холодного эля нисколько не остудила взбудораженного аврора. Бросив на стойку несколько серебряных монет, Руквуд снова воспользовался камином, переместившись прямиком в бордель к Мадам Жюстин. И нос к носу столкнулся с Руфусом Скримджером. А тремя секундами позже с его кулаком. Какое уж тут удовольствие!
Неудивительно, что их тут же выставили. Напились они в ближайшем пабе — не сразу, конечно, а после знатной драки. Спустив пар, они, пошатываясь, с угрюмой тоской смотрели друг на друга, пока Скримджер неожиданно не протянул руку. Оставалось ответить на попытку примирения и предложить выпить. Вливая в себя пойло, изобретённое батюшкой их бывшей зазнобы, мисс-чтоб-её-Огден, делились последними новостями, залечивая друг на друге синяки и порезы, и осторожно избегали опасных тем. Про Мюриэль Август также не сказал ни слова. И про Отдел Тайн тоже. А Руфус тщательно обходил стороной упоминания мисс Огден и дуэли. Но и других тем бывшим друзьям хватило с лихвой.
Дошло до того, что, совсем как в старые времена, Руфус уже настойчиво приглашал друга в гости на семейный обед, и Август с трудом нашёл необидный предлог, чтоб отказаться. Скримджер проявил понимание, предлагая обсудить дату во время ближайшего дежурства в аврорате, а прощаясь, даже поделился с ним антипохмельным зельем.
И вот теперь абсолютно трезвый Август никак не мог заснуть. И вообще воображал себе невесть что. И кто виноват, что, стоило закрыть глаза, как он видел этот золотисто-каштановый локон, карие глаза и мягкие губы мадам Прюэтт. И ведь так и не понял, давали ему авансы или просто издевались. В одном эта ведьма была права — у него никогда не было опыта с женщинами постарше. И вообще было мало опыта. И будет ли теперь что-то с Мюриэль — Мордред его знает.