о что-то не менее прекрасное. Бабуля поможет зачаровать. Сольвейг пристально осмотрела подарок звездочёта, подержала звезду на ладони, взмахнула рукой как-то по-особенному, и звёздочка закружилась вокруг кисти. - Очень мило, - наконец произнесла она, отпуская красавицу кружить над столом. - Звездочёта ты вряд ли сможешь удивить. Слишком избалован за многие годы своими уникальными игрушками. Хотя... почему бы не соединить две твои страсти. Пусть в вазе стоит прекрасный цветок, а если протянуть к нему руку, в ладонь ляжет красивый и опасный кинжал. Необычную вазу закажем, даже знаю где. Над чарами будешь работать сам, но под моим присмотром. Цветок и кинжал в одном стиле создашь самостоятельно, тут я тебе не нужна. Это и будет твоим экзаменом по Артефакторике. Представим тебя гильдии мастеров, выступишь с изделием, а после уже подаришь Робертсу-старшему. Тем ценнее будет такой дар. - Мне нравится! - Басти поймал звезду в ладони, но почти сразу ощутил сильный жар. Пришлось отпустить. - Ею согревать руки можно. А стиль для цветка-кинжала я уже придумал. Сегодня же сделаю чертежи. - Правильно, только не спеши. Время есть. Мы ещё придумаем твоему артефакту пару-тройку свойств, больше не нужно, универсальные вещи теряют индивидуальность. Ну а пока, дорогой внук, пойдём-ка в ритуальный зал. Погоняю тебя по рунам. После занятия Сольвейг пригласила его в свою мастерскую и жёстко велела сесть. Рабастан насторожился. - Что-то не так? Я знаю, в последней цепочке я засомневался... - С рунами полный порядок, юноша, а вот с твоей головой - сомневаюсь. Расскажи-ка мне про браслеты духовного родства. И о той несчастной, которой вручил один из них. Басти покраснел, не зная куда деваться. Выслушать отповедь насчёт браслетов он предпочёл бы от отца. В крайнем случае - от матери. От бабушки же было особенно стыдно, словно он предал именно её, сотворив самовольно древний артефакт. - Не знаю, с чего начать, - наконец проговорил он. - Тогда попробую начать я. Расскажи, что ты знаешь об этих браслетах. - Достаточно много. Я видел руны и уверен, что нигде не ошибся. - Рабастан, я жду! - Ладно, - он глубоко вздохнул, закусил нижнюю губу и твёрдо посмотрел на Сольвейг. - Эти браслеты созданы для любимых, для пары, чувства которых достаточно сильны друг к другу, чтобы доверять. Надеть этот браслет можно только добровольно - с открытыми глазами. В идеале обменяться, надев друг на друга. Тогда каждый будет чувствовать сильные эмоции другого, даже находясь далеко. И чувствовать так, как ощущает их пара. То есть её страх станет твоим страхом, её тоска - твоей тоской и так далее. И ещё знаю, что браслет может служить мощным порталом. Выдернуть любимого человека к себе или даже самому перенестись к нему. Басти замолчал, выжидательно глядя на наставницу. Сейчас она мало напоминала любящую бабушку. - А теперь ответь, хочешь всю правду? Или она тебя не интересует? - А есть ещё что-то? То есть... Да, хочу, разумеется! - Ты знаешь, что такие браслеты носят твои родители? - Конечно. Ведь ты же их делала при мне. - И уже сто раз пожалела. Да и не могла я десятилетнему ребёнку рассказать некоторые тонкости. А тем более подумать, что ты что-то запомнил. Можешь не улыбаться. Я знаю, что твой эльф взял у меня записи. Но по ним, даже зная древнескандинавский, выполнить браслеты невозможно, если не видел, как их делает мастер. Так что это меня и приятно удивило, и огорчило одновременно. Как ты понимаешь, я тоже когда-то присутствовала на их изготовлении. Это было давно. Так вот, как ты считаешь, твои родители женились по любви? - Да, - Рабастан смутился. - Эту историю все знают. - Все знают, а я видела своими глазами. Это была очень сильная любовь. Самоотверженная и страстная. Более того, они стали не просто мужем и женой, они стали верными друзьями. И пронесли любовь и нежность, дружбу и понимание через всю жизнь. - Я все это знаю, - Рабастану неловко было говорить о родителях. Словно речь шла о чём-то глубоко личном или даже интимном. - Так ответь мне, дорогой внучек. Почему я не сделала эти браслеты уже тогда? И не подарила их хотя бы на свадьбу? Рабастан вскинулся: - Я тоже об этом думал. Почему? - Я считала тебя умнее. Но не буду мучить. Эти браслеты недаром имеют второе название. - Второе? - Да. Браслеты верности. Тебе было десять лет, Рудольфусу двенадцать. Это был достаточный срок для проверки чувств твоих родителей. Для притирки друг к другу. Для осознанного решения. Конечно, разводы - редкость у магов, сама магия стремится укрепить такой союз, но есть ещё шанс остаться вдовой или вдовцом. А это ответственность. Теперь поясню. Эти браслеты делали далеко не всем. А только тем замужним парам, где двое твёрдо решили, что друг без друга жить не смогут, отказываясь от счастья разделённой любви в случае гибели второго супруга. Да, побочные эффекты ты описал довольно точно. И почувствовать можно эмоции, и перенестись к любимой, и выдернуть её откуда угодно. Для викингов это были очень сильные аргументы. Они постоянно воевали. И такой браслет мог спасти жизнь воину, погибающему в схватке, его можно было выдернуть из битвы. Или он мог перенестись домой, к любимой, где на родню напали враги, пока мужчины воевали. Только недаром воины отрубали себе руку вместе с браслетом. Во время битвы - как правило, последней. Снять браслет невозможно, а быть вытянутым супругой с поля сражения или с тонущего корабля, бросив своих соратников, даже если всем им гарантированно грозила смерть - позор для воина. Разве что он оставался единственным уцелевшим. Тогда да. Рабастан слушал, приоткрыв рот, ощущая неприятные мурашки, бегущие от затылка к пояснице. - Но времена те прошли. Войны случаются, но не каждый день. И главным свойством браслетов давно уже считается другое. Это не просто портключи и детекторы чувств, ты вложил туда магию, кровь, желание и клятву верности - частичку души, так сказать. Нет, не крестраж, спаси Мерлин, но такими вещами не разбрасываются. И недаром они подходят только замужним. Главное свойство для современных магов - доставить любовникам двойное удовольствие от плотской любви. Если слышать эмоции партнёра, близость может доставить ни с чем не сравнимое удовольствие. Но есть одно «но». И очень существенное. Активировав браслеты, пара будет счастлива только друг с другом, и ни с кем другим. А ну как эта девушка наденет с тобой браслет, а выйдет не за тебя после этого? Тебе её не жалко? Ладно, ты не будешь счастлив ни с кем, кроме неё, но она тоже не сможет никого полюбить, постоянно чувствуя тебя. Но допустим, всё закончится хорошо - вы женитесь. Родите детишек, а она возьми и умри в очередных родах. Да, ты, может, и не захочешь счастья без неё. Ну а если погибнешь ты? Остаться без надежды обрести счастье хоть с кем-то, пусть и второй раз? На это ты готов обречь ту, которую полюбил? - Но мама и папа... Они как... - А вот так, пришли и потребовали. А после - ты этого, конечно, не помнишь, - неделю из спальни не выходили. И нечего краснеть. Ты уже большой мальчик. Так что можешь узнать и третье название. Браслеты второй молодости. Они-то уже для себя всё решили. Так бывает у сильных личностей. Но самое смешное, что ты ужасно молод ещё. И допинг в постели тебе совершенно без надобности. Ты и так испытаешь и счастье, и эйфорию. Иногда даже в двойном или в тройном размере. И браслеты вряд ли смогут сделать ощущения сильнее. А вот теперь скажи мне, зачем ты отдал второй браслет этой девочке? Хорошо ещё, что хватило ума не надевать и не активировать. Рабастан закрыл лицо руками, упираясь локтями о стол, и некоторое время не двигался, молча сопя. - Я не знал, - он наконец прямо поглядел на бабушку. - Скажи, зачем тогда отец велел либо надеть ей браслет немедленно, либо сдать в сейф в банке? То есть понимаю теперь, почему сдать. Пусть хранились бы, я знаю, что срока давности там нет или настолько большой, что хватит на много десятков лет. Получается, женись я на Санни, лет через двадцать мы бы могли это сделать, так? - Умница. Именно так. Это я и подсказала Ричарду. Но он решил иначе. Нанести превентивный удар, так сказать. Прюэтты для нас очень выгодные союзники. А надев браслет, девица бы гарантированно тебя полюбила, имейся у неё хоть толика симпатий. Просто потому, что выхода у неё бы не осталось. Кто захочет стать несчастной навсегда в семнадцать лет? В результате, клятва твоя была бы исполнена - девочка любит, а уж что сподвигло, магии не расскажешь. И её отец, хоть и побуянил бы, ради счастья дочери согласился бы на такой брак. Ты тоже выгодная партия. Таким образом, все в итоге счастливы, и кому какое дело, что счастье, как и сама любовь, искусственно подстроены. - Это отвратительно, - выдохнул Рабастан, сжав зубы. - Я люблю её, но такой ценой... - Я рада, что ты это понял. Но хотела бы узнать твои мысли - ты нашёл третий вариант, нарушил приказ отца, но ради чего? Хотел, чтобы этот браслет увидел её отец, непревзойдённый мастер проклятий современности? Как понимаю, ты наложил иллюзию, чтобы передать браслет ей. А к кому она обратится в первую очередь для снятия иллюзии? Сомневаюсь, что лорд Прюэтт не поймёт, что за вещица была вручена его дочери, и не проследит ход мыслей твоего отца. Что сделает такой человек, узнав, что единственную и, полагаю, любимую дочь, хотят загнать в ловушку заодно с ним? - Я сейчас же напишу... Нет, я уничтожу свой браслет. - Первая мысль мне понравилас