- Лёгкое недомогание, - пожал плечом Прюэтт, с завидным аппетитом уничтожая бутерброды. - Леди, как я понял, успели подружиться. Они находились в одной палате. Я вас познакомлю.
- Почту за честь, - кивнул Робертс.
Светская беседа ни о чём, которую ловко вёл Прюэтт, даже немного увлекла. Тема упадка образования всегда была актуальна для Антуана. И он вздрогнул, когда Джейсон решительно произнёс:
- Пора, господа.
Северус сразу вскочил, готовясь бежать, и даже не сопротивлялся, когда Антуан крепко взял его за руку. Сердце в груди профессора стучало, как набат. Трусливая мыслишка, что он мог бы подождать ещё полчаса, была задвинута куда-то вглубь сознания. В горле пересохло, и Антуан порадовался компании Прюэтта, хотя до этого Робертса немного злило, что они не смогут увидеть Эйлин только вдвоём.
***
- Так ты же уже всё решила, - говорила Летиция Прюэтт, прихорашиваясь перед большим зеркалом. - Вот и озвучь. Как говорит моя золовка, мужчины гораздо проще устроены. Глупо ждать, пока сами догадаются. И если что-то хочешь от них, нужно просто сказать.
Эйлин стояла рядом и недоверчиво разглядывала себя в новенькой тёмно-зелёной мантии, с трудом сдерживая довольную улыбку. Самой не верилось, что за неделю она смогла так измениться. И пусть на округлившиеся щёки наползал яркий румянец, стоило вспомнить о массаже, он явно принёс результаты. Казалось, и в юности она не ощущала себя такой здоровой и сильной. И всё это благодаря ЕМУ. Она не обольщалась, никто не помог бы ей ради прекрасных глаз. Просто так. Да и глаза ещё несколько дней назад трудно было назвать красивыми. Это сейчас в них появился блеск, который заприметила даже Летиция.
- Решила, - согласилась обновлённая Эйлин. И длинно неровно выдохнула, пытаясь справиться с волнением. - Только я не уверена, что он не передумал за эти дни.
- Увидит тебя и согласится на всё, - засмеялась Летиция и дёрнула её за выбившийся из причёски локон. - Поклянись, что не скажешь моему мужу про массажиста.
- Не скажу, - усмехнулась Эйлин. - Ну что он, зверь, что ли? Это же для пользы.
- Меньше знает, крепче спит, поверь мне. Или проверь на своём Антуане - признайся, как тебе делали массаж и посмотри, что скажет.
- Мы пока не в таких отношениях, - поморщилась Эйлин. - Тебе не кажется, что эта причёска слишком...
- Отличная причёска, - возмутилась Летиция. - Я очень старалась. И шея открыта, а она у тебя очень красивая, и эти локоны здорово обрамляют лицо. Кто-то хотел свести с ума некоего профессора ЗОТИ, если мне не изменяет память.
- Это было вчера, - закусила губу Эйлин. - Сегодня я уже не так уверена. Ой!
Они обе обернулись на стук в дверь и поспешили отойти от зеркала. Эйлин присела на кровать, а Летиция быстро пошла к двери и распахнула её, чтобы тут же оказаться в объятиях своего мужа.
Мимо них прошмыгнул Северус и с разбегу запрыгнул на кровать, обняв маму за шею тонкими руками и целуя в щёку липкими губами.
- Сев, - Эйлин прижала его к себе. - Ты как, милый?
- Мам, я так скучал! У меня всё хорошо! Я в Хогвартсе жил! Там так классно. Я везде-везде был! А знаешь, какая у меня комната?! Я тебе покажу. Ты даже можешь скатиться с моей кровати, там такая горочка. И кровать высоко, она как гнездо птицы! Ма-а-ам! Ты плачешь? Ты ещё болеешь?
Эйлин помотала головой, улыбаясь сыну сквозь не вовремя набежавшие слёзы.
- Всё хорошо, милый! Мама теперь совсем здорова. Просто я за тебя очень рада.
Она засмеялась, когда Северус стал старательно вытирать слёзы с её щёк. Пальцы у него тоже оказались липкими.
- Ты что, конфеты ел?
- Не-а, мороженое. Папа... Профессор мне купил, там, в столовке.
- Вот возьми платок. И сходи в ванную, вымой руки.
- Эй, шкет, - в палату вдвинулся целитель Сметвик, - пойдём лучше со мной, твоей маме нужно поговорить с профессором.
Эйлин зачем-то вскочила, как только Северус неохотно сполз на пол, потом снова села и старательно расправила складки мантии на коленях.
Как только сын с целителем вышли, в опустевшую палату зашёл Робертс и плотно закрыл за собой дверь.
Эйлин даже показалось, что он наложил на дверь заглушающие и запирающие чары. Но что можно увидеть краем глаза?
Расстояние между ними Робертс преодолел в несколько шагов и, оглядевшись, приманил единственный стул, садясь так, что его колени почти касались её мантии. И только после этого произнёс:
- Здравствуй, Эйлин.
Напряжённая до предела, она осмелилась поднять на него глаза и выпалила, чтобы не передумать: