У неё теплилась надежда, что её навестит Рудольфус или, на крайний случай, Рабастан. А может, ещё раз заглянет Валери Нотт. Она ощущала что-то важное, связанное с ними, но никак не могла сформулировать это даже в мыслях. Что же случилось? Может, она с ними повздорила до падения? Как плохо, когда что-то забываешь!
Артур проводил по полчаса у её больничной койки почти каждый день, жертвуя обедом, поскольку именно в это время целитель отлучался из больничного крыла. Это было очень трогательно, ведь Артур всегда любил поесть.
Санька с удивлением поняла, что видит парня совсем с другой стороны. Он был мил, застенчив и предупредителен. Кажется, она начала понимать, что в этом рыжике нашла настоящая Молли. И даже украдкой любовалась разворотом его плеч и высоким ростом, когда Артур не видел. И глаза у него не водянистые, а скорее просто серо-голубые, очень светлые. Санька вдруг увидела во всей этой истории нечто неопределенное, но очень хорошее. И двигается он, хоть и не так изящно, как тот же Рудольфус или его брат, но так по-мужски - уверенно, порой, даже бесшумно. Видимо, занятия квиддичем не проходят бесследно. Поэтому и новости магического спорта, которыми был полон вратарь Гриффиндора, она выслушивала с улыбкой. Санька беспокоилась, когда он задерживался, и радовалась, когда рыжик, наконец, появлялся на пороге с неизменной жалостливой улыбкой.
Она даже стала задаваться вопросом, не любовь ли это, но ответить почему-то боялась и решила с этим не торопиться. Во всяком случае, когда парень, уходя, нежно целовал её в щёку - ей не было противно, или неприятно. И она даже призналась себе тайком, что была бы не против поцелуя в губы. Просто почувствовать - как это будет с Артуром.
С утра, пока шли занятия, девушка терпела разные процедуры. Целитель Уайнскотт проводил диагностику, а Герти, или Сэмми - вторая медиковедьма, разматывали все бинты, кроме тех, что стягивали грудь, левитировали Молли до ванны и помогали мыться. После чего её возвращали обратно на койку, накладывали новые мази на голову, правую руку и левую коленку, и снова забинтовывали. Саньке нравились помощницы целителя, очень приветливые и добрые. Они более лояльно относились к посетителям и разрешали Артуру в отсутствие целителя сидеть у неё целых полчаса.
Дольше всего не снимали повязки с груди, даже сломанная рука зажила быстрее. Бинты оставались на теле и во время купания, но благодаря магии не намокали. Когда Санька спросила целителя, что у неё с рёбрами, тот хитро прищурился и туманно пояснил, что не всё заживает на человеке одинаково быстро. Как она поняла из объяснений Герти, пришлось ещё залечивать некоторые внутренние повреждения, наружные синяки и царапины. Мол, не хочет же мисс Прюэтт, чтобы на коже оставались какие-то следы и шрамы. Мисс Прюэтт не хотела. Вот и пусть тогда терпит, но, когда снимут бинты с грудной клетки, она будет совершенно здорова. Ей вернут одежду и украшения, и она сможет покинуть больничное крыло.
Что-то связанное с украшениями не давало покоя. Потом она поняла, что на ней нет кулона, подаренного братьями. Но махнула рукой. Она помнила, как проверяла своё питье после того письма от зельевара Б.Б., но не смогла обнаружить зелье в своих напитках ни разу. Ей даже стало стыдно, что она тогда во всём подозревала Артура. Словно этот простодушный парень мог замыслить что-то плохое. Он с заговорщической улыбкой притаскивал ей из Большого зала пирожки с мясом, пирожные с заварным кремом и даже маленькие, плотно закупоренные бутылочки с её любимым морковным соком. Это было приятным разнообразием после больничных жидких каш и горячего молока с пенкой.
Санька с увлечением читала «Историю Хогвартса», а к учёбе решила вернуться, когда встанет на ноги. Всё равно у неё не получится проходить новые темы без учебников младших курсов.
Пару раз её навестила профессор МакГонагал, один раз зашёл маленький Флитвик, выразив своё восхищение её фейерверком на матче. Был даже директор Дамблдор, он принёс ей целую коробку шоколадных лягушек, бутылку сливочного пива и пожелал скорейшего выздоровления. Санька была рада полюбившемуся напитку - вкус пломбира, жжёного сахара и лимонадная основа напоминали коктейль, который бабуля покупала ей в детстве в большом универмаге районного центра. И то, что в так называемом пиве нет ни капли алкоголя, её только радовало.