Думая обо всём и ни о чём, Рабастан ещё долго гулял по какому-то Лондонскому парку, уже распрощавшись с Морганом. Дома он оказался лишь поздно вечером, переместившись сразу в свои покои, где его встретил эльф, протягивая на подносе письмо. И сердце младшего Лестрейнджа пропустило удар — почерк был хорошо ему знаком. Положив письмо от мисс Прюэтт на стол, Рабастан не спеша переоделся в домашнее, устроился в своём любимом кресле перед камином и вскрыл послание. Руки дрожали, и пришлось несколько раз вздохнуть, прежде чем начать читать. «Привет, Рабастан! — писала Санни своим красивым убористым почерком. — Ты заставил меня посмеяться и перерыть кучу книг в библиотеке, чтобы найти хоть что-то про это греческое заклинание. Увы, времени было мало, потому что меня пригласили на вечеринку к твоему брату. Спасибо за подсказку, перо ему понравилось. Кстати, было весело, но не настолько, как если бы там был ты. Ничего не найдя в библиотеке, я уже думала, что придётся тебя разочаровать, но совершенно случайно мне помог один человек. Его портрет висит у меня в гостиной над камином. Я просто рассказала ему про заклятие, не называя тебя. Он рассмеялся и ответил, что контрзаклятие не требуется. Наведи палочку на перила, где надпись, держи в голове картинку с чистыми перилами и просто повтори заклинание. Я тоже скучаю и радуюсь каждому твоему письму. Надеюсь, эта информация тебе поможет» Басти улыбнулся в полумраке, довольно кивнув. Информация, что она скучает, безусловно, ему поможет! Всё ещё улыбаясь, он вернулся к чтению. «Завтра у меня первой парой ЗОТИ, и профессор Робертс наверняка опять будет меня мучить. Поэтому прощаюсь, нужно хорошо выспаться хотя бы, потому что подготовиться к его уроку невозможно. Он просто непредсказуем. Жду Рождества, чтобы скорей увидеть те…», — эти пять с половиной слов были очень тщательно зачёркнуты, но недаром Басти повторял чары только несколько часов назад, так что легко убрал верхний слой и прочёл скрытую строчку, отчего на сердце сразу стало теплей. «Прости, что отправляю черновик, совсем уже засыпаю. Пусть тебе приснится хороший сон. Санни»
— И тебе спокойных снов, солнышко, — Рабастан уставился в камин, стараясь припомнить каждую чёрточку её лица, — а с крёстным я поговорю!
***
Завтрак в понедельник утром, как всегда, проходил в довольно унылой обстановке. Ученики всех курсов, видимо, только сейчас вспоминали, что чего-то недоучили за выходные, да и вообще не готовы к новой неделе. Даже Эжени, занявшая уже привычное место напротив подруги, выглядела сонной и рассеянной.
Роб кивнул им с другого конца стола, а на Артура Санни даже смотреть не стала. Прощать этого придурка в её ближайшие планы не входило. Только Роба было жалко, который разрывался между друзьями, но выбрал Уизли. И Санни очень не хотелось разрушать привычную ему картину мира и рассказывать, почему взъелась на рыжика. Выбор Вуда она понимала, всё же мальчишки дружили с первого курса. За преподавательским столом тоже царило какое-то уныние, словно и профессора не слишком радовались окончанию выходных. Не было директора и профессора Робертса, что было странно. Директор, правда, и на прошлой неделе отсутствовал, ученики шептались, что у него какие-то дела в Визенгамоте, чуть ли не перевыборы нового председателя.
Некоторые вольнодумцы, в основном из Гриффиндора и Хаффлпаффа, даже уверяли, что председателем выберут самого Дамблдора, мол, никого достойнее нет на эту должность. Другие — в основном слизеринцы — презрительно кривились, утверждая, что Дамблдор при всей своей популярности и наградах не дотягивает до места председателя. И дело не только в происхождении. Дальше они загадочно умолкали.
А Санни внутренне вздыхала, никому не сообщая о своих воспоминаниях семикнижья поттерианы — там Альбус Дамблдор точно был председателем Визенгамота, но когда он им стал — до первой магической войны или уже после падения Лорда — она понятия не имела. А вот почему нет Робертса, никто никаких предположений не строил. Правда, вряд ли кого-то могло это заботить. Ну не пришёл, на прошлой неделе он точно никуда не пропадал. Да и не факт, что не подойдёт позже, они с Эжени выбрались в Большой зал очень рано. Санни встрепенулась, заметив процессию слизеринцев. Наконец-то появились, она даже успела поволноваться, что с ними что-то случилось на вечеринке, после того, как она ушла. Зайдя в зал и не заметив за слизеринским столом привычной компашки старшекурсников, она немного занервничала. Остальные присутствовали почти в полном составе. Интересно, кто-то их заставляет, или сами все такие сознательные? Артур Уизли, помнится, считал, что на завтраке в понедельник появляются только заучки и дебилы. Хотя, судя по всему, мнение своё изменил, раз уж сидит на том конце стола с Робом как ни в чём не бывало. Рудольфус Лестрейндж подмигнул ей, когда они небольшой слаженной группой проходили мимо гриффиндорского стола, Валери улыбнулась, а нахальный Флинт мимолётно погладил по плечу, проходя совсем близко. Санни покачала головой и подвинула ближе тарелку с полосками поджаристого бекона, краем глаза невольно следя, как рассаживаются слизеринцы.