До отправления поезда, если она не путает, оставалось пять минут. А вот год на дворе - тысяча девятьсот шестьдесят седьмой.
И очень жаль, что она не помнит год рождения Молли Уизли. Точнее, Молли Прюэтт. Эта внезапная мысль сильно обрадовала девушку. Точно! Она ведь ещё не замужем! И Артур Уизли ей пока что никто, и звать его никак. То есть, это Санька ещё поглядит, выходить ли за него замуж или послать лесом. В Нору, ага!
Не успела подумать про суженого, как дверь распахнулась в очередной раз, и Санька увидела очень рыжего парня, похожего больше на киношных близнецов, Фреда и Джорджа, чем на Рона Уизли. Но плечи такие же широкие, как у лучшего друга золотого мальчика. Сердце Саньки осталось совершенно спокойным. Каким бы ни был симпатичным этот рыжик, а до братьев-Прюэттов ему далеко. Да и не во внешности дело.
- Молли, привет, а я тебя везде ищу, - радостно сообщил этот верзила, плюхаясь рядом с Санькой на сиденье. Девушка невольно отодвинулась к окну, а руку, которую парень закинул по-свойски ей на плечо, демонстративно сняла. Рано она его с близнецами Уизли сравнила. Вылитый Рон!
- Привет, Артур, - ответила вежливо.
- Ты чего такая? Столько не виделись, а ты...
Санька попыталась подняться, но резко дёрнувшийся поезд швырнул её прямо на колени парню.
- Извини, я скоро вернусь, - она поспешно вскочила и покинула купе, усилием воли сдержав рвущийся из груди смех. Очень уж забавное выражение лица сделалось у Артура. Санька искренне надеялась, что ничего ему там не придавила. Не монстр же она. И зла рыжику не желает.
И сбежала она не просто так, ей вдруг показалось смертельно важным посмотреть, как она теперь выглядит. Мантия-то у неё очень приличная, шёлковый платок на шее тоже не дешёвый, и фигуру оценить успела - грудь как минимум второго размера и упругая, а не то плоское недоразумение, что было у неё прежде. И талия тоненькая пока что. Ну, правильно, шести родов у неё ещё не было.
Рост не слишком высокий, но и мелкой себя Санька не ощущала. Наверняка учится уже на одном из последних курсов. Надо будет осторожно уточнить у Артура.
Уборная нашлась в конце коридора, где девушка поспешила закрыться. Зеркало там имелось, не слишком большое, но лицо разглядеть можно.
Санька застыла, внимательно разглядывая себя, а потом улыбнулась во весь рот. Да она же просто красавица! И улыбка нисколько не портит впечатления. А уж зубы - в Голливуде бы позавидовали. Есть в магическом мире свои плюсы! Точно есть!
Уж непонятно, как в фильме подбирали актрису, а на вкус Саньки выглядела она лично просто зашибись. Ярко-синие глаза, обрамлённые длинными тёмными ресницами, загнутыми кверху. Тонкие тёмные брови, чистая кожа, аккуратный носик и прихотливо изогнутый рот. Скулы широковаты, но это придаёт определённый шарм. Кожа не бледная, а слегка золотистая. И веснушек, как у Артура, не наблюдается вовсе. А самое главное богатство - волосы. Рыжие, конечно, но таких богатых оттенков, как расплавленное золото с вкраплениями бронзы. Пышные, несмотря на то, что заплетены в простую косу в руку Фабиана толщиной. И если коса длиной ниже талии, то распущенные, верно, попу прикрывают. Санька оценила! В том мире у неё был короткий ёжик, а ведь всегда мечтала о длинных волосах.
Осинкина подмигнула своему отражению, глубоко вздохнула и медленно, с удовольствием, выдохнула, в первый раз ощутив волнение и радость от попаданства. А ведь не так уж всё плохо!
Возвращалась в своё купе в приподнятом настроении. И Артур уже не так раздражал - она же не знает, вдруг он милый, интересный и суперхороший. Нужно будет разобраться, а не рубить всё с плеча. В конце концов, с лица воду не пить.
Навстречу попадались малыши, которые при виде девушки прижимались к стенке, пропуская её. А потом она нос к носу столкнулась с двумя старшекурсниками примерно её возраста. То есть, возраста Молли - от пятнадцати до семнадцати. Черноволосые красавцы преградили путь совершенно не по-джентльменски. Старший нахально улыбался и оглядел её с интересом.
- Какая приятная встреча! - заговорил он. - Даже грифы за лето изменились, а, Рабастан?
Санька удивлённо рассматривала братьев, сходство было несомненным. Высокие, черноволосые, кареглазые и слегка надменные. Неужели это Лестрейнджи? Как же их, Рудольфус и Рабастан! Точно! Так вот какими они были в молодости! Гроза девичьих сердец просто, особенно младшенький.
- Пропусти, Рудольфус, - мягко потребовала девушка, одарив обоих весёлой улыбкой. Совершенно не представляя, есть ли в этом времени вражда между факультетами, решила первой никакого негатива не показывать.