тила ноги в тёплую жидкость в бадье, поставила бокал на столик и потянулась. - Что там у нас на завтра? - Матти принести блокнот? - Нет, скажи так. Ты же помнишь всё без блокнота. - Матти помнит. И посещения Лютного на сегодняшний день в блокноте не было. - Знаю. Скажи лучше, я могу отменить все утренние встречи? Выспаться хочется. - Вы пригласили дикарей не раньше двенадцати, хозяйка, значит, будут в вашей конторе ровнёхонько в полдень. Уж Матти этот народ знает. Им приличную работу найти сложно. А вот встреча с мистером Броуди у вас назначена на девять утра. И с мистером Перкинсом в десять. Он ещё уточнить просил, если что-то изменится. - Да, припоминаю. Но у меня нет никакого желания видеть этих двоих завтра утром.... Лучше перенеси встречу с Перкинсом на три пополудни, а Броуди... Напиши, что пока никаких изменений, и смысла встречаться завтра просто нет. Мы сообщим дополнительно, когда что-то станет известно. Матти понятливо кивнула и скрылась из виду, отправившись выполнять поручение. От старой леди Дэшвуд Ванессе остались три вещи. Дом на севере Ирландии, домовушка Матти, оказавшаяся отличным компаньоном с функциями секретаря и домоправительницы, и пухлое письмо. Благодаря домику свекрови Ванесса смогла наконец избавиться от наследства Кирка - обветшавшего поместья, перешедшего к нему после смерти отца ещё до их женитьбы. Она не ощущала в себе сил поддерживать большое хозяйство, да и не видела в нём смысла. Для неё одной поместье было огромным, а кроме того, там всё напоминало о Кирке, пусть и жили они в нём нечасто. Счёт в банке, оставшийся от мужа, благодаря этой продаже увеличился почти вдвое, а домик на севере Ирландии со странным названием Спайдер-Хаус вполне отвечал всем запросам молодой одинокой вдовы. Пауков тут не водилось, так что название своё дом оправдывал только тем, что словно паук цеплялся за крутой склон холма, частично нависая над обрывом. Внизу бушевали холодные волны, на которые Ванесса, устроившись на балконе в уютном кресле, могла любоваться часами. Небольшой садик при доме был заброшен, так как ни у хозяйки, ни у домовушки не было склонности к занятиям подобного рода. Зато внутри дома царил уют и идеальный порядок. Письмо старой леди оказалось не простым. Вскрыть его следовало через три недели после её смерти. Что Ванесса и сделала однажды вечером, когда Матти напомнила ей об этой части наследства. В большом конверте оказалась пробирка с чем-то тёмным и престранное объяснение. В нём сообщалось о первом ребёнке Дэшвудов, некой Маризе, родившейся за шесть лет до Кирка. Мариза оказалась сквибом, и отец Кирка пристроил её в магловский мир в хорошую семью. Мать долгое время горевала, но все попытки вызнать, где растёт доченька, ни к чему не привели - муж был неумолим и не желал, чтобы они общались. После его смерти леди Дэшвуд перерыла все бумаги супруга, но никаких упоминаний о дочери не нашла. К гоблинам обращаться она не стала, не доверяя этому народцу. Искать сама пробовала, но результаты ни к чему не привели, а потом и здоровье уже не позволяло. «В пробирке моя кровь, - заканчивалось письмо. - Прошу тебя, Ванесса, если сможешь, отыщи мою дочь и позаботься о ней, или о детях, если таковые будут. Счёт в банке на имя Маризы Дэшвуд позволит это сделать. С благодарностью и надеждой, леди Сесилия Дэшвуд, сентябрь 1963 года, Спайдер-Хаус». Ванесса была крайне удивлена. Ей стало безумно жаль старую леди и обидно, что та не обратилась к ним с Кирком давным-давно. Мало того, что Кирк не знал, что у него есть старшая сестра, так и найти её у них двоих шансов было куда больше. Самой Ванессе искать такую пропажу почти сорокалетней давности было куда труднее. К сожалению, несмотря на весьма значительные усилия Ванессы и её секретаря-наперсницы Матти, все попытки разыскать сестру мужа ни к чему не привели даже спустя пять лет. Как в воду канула, и было немного страшно осознавать, что именно так и могло случиться. Зато миссис Дэшвуд умудрилась обрасти нужными знакомствами - в том числе и в магловской полиции, обзавестись адвокатом и поверенным в одном лице, собрать внушительную картотеку без вести пропавших, а также составить подробнейший каталог разных контор, занимающихся поисками в магловском мире. В магическом с этим видом деятельности было куда скромнее, вот и пришла идея в головы Матти и Ванессы - и неизвестно кому первому - открыть своё сыскное агентство. Все средства для этого были, и первые же три дела имели успех. Маленькая заметка на предпоследней странице «Пророка» обошлась в баснословную сумму, выплачиваемую жадной газетёнке ежемесячно. Однако регулярно приводила клиентов и худо-бедно окупалась. Не всегда удавалось найти искомое быстро, порой на задания клиентов уходили месяцы, но почти всегда поиски заканчивались удачно, что принесло Ванессе хорошую репутацию и широкую известность в определённых кругах. Кроме того, она проводила поиски для пары магловских сыскных агентств, где начальниками были сквибы. Причём к ней там обращались только в самых крайних и сложных случаях. А для неё, имея магические навыки поиска и кое-какие полулегальные инструменты, такие задания, как правило, были не то чтобы на один зубок, но сложности почти не представляли. Нет, разумеется, случались и очень интересные случаи. Особенно с магическими семьями. Некоторые, как покойная миссис Дэшвуд, разыскивали членов семьи, ушедших жить в магловский мир, или бывших сквибами. Другие искали родственников на предмет наследства. Третьим хотелось найти сына или дочь, давно не подающих весточек. Четвертые, напротив, искали родителей или хоть какую-то родню. А ведь казалось, что мир тесен, и все друг про друга всё знают. Однако не так всё было просто даже в таком небольшом по численности магическом мире. Гоблины поиском людей не занимались, как и министерство. Первые могли лишь сказать, остался ли кто-то в живых из держателей сейфа и наследников. При отсутствии оных сейф запечатывался, а через сто сорок лет, если претендентов на наследство не находилось, сейф со всем содержимым отходил банку. Так что поиск наследников был им совершенно невыгоден. Министерство так же могло сообщить лишь о предполагаемой смерти волшебника или волшебницы за кругленькую сумму в двадцать галеонов. Оставившего запрос допускали к огромному фолианту только после заполнения кучи бумажек и тщательной проверки палочки и прочих данных, что занимало от недели до месяца. В фолианте следовало самостоятельно разыскивать нужную запись, причём уложиться предлагалось в несколько часов. Иначе запрос приходилось подавать заново. За дополнительную плату служащий министерства мог помочь, но как правило не слишком старался, затягивая поиски на несколько дней, а то и недель. Ванесса же, обзаведясь нужными знакомствами, не в последнюю очередь благодаря связям покойного мужа, получила к фолианту почти неограниченный доступ и изучила его вдоль и поперёк, так что ни к каким служащим не обращалась. И куда выгоднее простым обывателям было заплатить ей на пять галеонов больше, и получить ответ в течение двух-трёх дней, чем непосредственно министерству, где приходилось бегать по инстанциям и тратить недели, без гарантии, что что-нибудь найдут. Гоблины тоже предоставляли эту услугу, причём результат можно было получить в течении нескольких минут, но у них экспертиза могла проводиться только кровными родственниками, и притом стоила от семидесяти пяти галеонов и выше. Другое дело, что сведения в министерском фолианте не всегда возможно было найти. Там не было сквибов, а также детей тех маглорождённых, что не регистрировали их рождение в министерстве. Не было маглорождённых, никогда не посещавших Хогвартс. Никак не зафиксированы были те же дикари и другие обыватели из Лютного, которые и близко не подходили к министерству, так же, как их родители, деды и прочая. У гоблинов тоже не всегда получалось установить поиск. Они как раз использовали кровь родственника, давшего запрос, но, если предок был дальше, чем в четвёртом колене по прямой линии наследования, тогда никакой поиск был невозможен, о чём зеленокожее племя скромно умалчивало, объявляя отрицательный результат. Другое дело, если этот предок сам оставил в своё время свою кровь гоблинам. Но таких дураков, как правило, находилось немного - кровь была страшным оружием в опытных руках. Да, опутать гоблинов кучей обетов было возможно, но хитрый народец книзла съел на способах хитрить и обходить любые запреты. У Ванессы же были свои способы добыть информацию, тоже часто на грани законности, а то и за ней. Эти способы знала лишь верная Матти, и никому больше доверять миссис Дэшвуд их не собиралась. Набор артефактов хранился в строжайшей секретности недалеко от их дома, можно сказать, за семью печатями. Доступ имели лишь они двое. Однако ни эти сложные артефакты, ни другие источники так до сих пор не помогли найти Маризу Дэшвуд, не отметившую своё существование ни в министерском фолианте, ни в магловских архивах. Проверка артефактами говорила о том, что, либо она мертва, либо покинула остров. А возможных детей, если таковые оставались, могло тоже не быть в живых, либо они родились волшебниками и имели меньше четверти бабкиной крови, что было вполне возможно от брака с сильным магом. Хотя и сложно было такое предположить, но вероятность, как показыва