***
- Мордред раздери эти отчёты! - Нотт со злостью отбросил перо и злым взглядом уставился на семь кусков пергамента, веером разложенных перед ним. Что писать, он совершенно не представлял, да что уж там, представлять не хотел. На каждом из пергаментов к семи вечера воскресенья стоял лишь порядковый номер, слово «курс» и слово «практика» под цифрой «1». Пергамент первого курса он даже расчертил на четыре графы, проставив над каждым столбиком ряд букв: G, S, R и H. На этом дело решительно застопорилось. И ведь мог же до конца прочесть инструкции в начале недели, где черным по белому говорилось в самом низу, что надо составить отчёты по каждому из дней. Или вообще не читать, спалив при получении. Нотт махнул рукой и, оттолкнув кресло, подошёл к окну. Неделя не задалась. Ничего он для себя полезного не вынес, а уж что вынесли дети из его уроков, даже думать не хотелось. Мисс Прюэтт стала поглядывать более улыбчиво, но и только. Стоило сделать шаг в её сторону, улыбка медленно таяла. И что бы это значило? Но раз уж решил быть бережным с девушкой, то старался этого придерживаться. - Никогда прежде я не видел более кратких отчётов, - раздался сзади насмешливый голос друга, а ведь Магнус даже не услышал шума пламени или стука двери. Стареет? - Блядь, я в душе не ебу, что там писать, - Нотт безнадёжно пожал плечом и подошёл к столу, глядя, как бережно Робертс собирает пергаменты в стопку. - Не скромничай, Магнус, ты написал самое важное, причём выразив это одним единственным словом. Если бы я был министром, я бы тебе лично выдал орден за вклад в дело образования. Такой отчёт прочтёт любая комиссия, тогда как из трёх сотен других они просматривают лишь половину, и то по диагонали. Сохраню, как образец. - Если у тебя достало совести посмеяться надо мной... - Ни в коем разе! - Антуан убрал стопку пергаментов в шкаф и потянулся к своему портфелю, брошенному прямо на стол. С торжественной улыбкой он посмотрел на друга, открывая два хитрых замка. - Позволь отблагодарить тебя, мой лучший друг - и единственный, что уж - за самую лучшую неделю в моей уже не холостяцкой жизни. Нотт подозрительно разглядывал его лицо, словно силясь найти в нём насмешку, но всё же плюнул и широко улыбнулся кривоватой улыбкой: - Много еды, секса и алкоголя? - Насчёт первого и второго ты прав, мой бесцеремонный друг, а вот третьего было мало, но жалеть об этом я не буду никогда.