Санни не пугала даже магия крови, которой, по слухам, баловались будущие Пожиратели. Ведь в том же банке гоблинов, Гринготтсе, кровь используется при определении родства и прочих безобидных вещах, вроде поиска людей и установления наследства. И в Мунго практикуется её использование в особо сложных случаях. Обо всём этом как-то на Зельеварении упоминал Слагхорн.
Но в конце сентября семикурсникам прочли пространную лекцию о некромантах и магах крови, от которой у Саньки реально волосы дыбом вставали. Тут и задумаешься, как может быть безобидным такое зло. Нет, даже мысленно эту жуть повторять ей не хотелось! Многие, даже ребята из старых чистокровных родов, после лекции были подавлены и задумчивы.
Новую организацию в чём только не обвиняли: кроме магии крови (хотя куда уж больше - что может быть хуже, к примеру, лишиться бессмертной части себя) им приписывались непростительные заклятья, из которых самым страшным почему-то считался «Империус», некромантия и человеческие жертвоприношения. Что из этого правда, а что домыслы, разобраться было невозможно.
В том, что Волдеморт, о котором в скором времени узнают все, совсем не белый и пушистый, сомнений у Саньки не вызывало. О нём уже знали: что он есть, что он страшно тёмный, и что маглорождённых ненавидит лютой ненавистью, не подчиняется Министру Магии и плюёт на законы. А известность - дело наживное. Тем более, слизеринцы в извечном противостоянии с грифами, не стеснялись намекать на настоящего наследника Салазара Слизерина, который скоро «наведёт порядок в стране». Глупцы, если бы они могли предугадать, что за порядок их ждёт! Знали бы, сколько погибнет магов очень скоро. В той самой, «первой магической» войне, которую в обозримом будущем развяжет Тёмный Лорд. А что может быть хуже, чем гражданская война, Санька даже представить не могла. В такой войне, как учит история, победителей не бывает.
Вот и получалось, что Нотт, каким бы красавцем и джентльменом он не был на самом деле и как бы здорово не целовался, оставался приближённым Тёмного Лорда со всеми вытекающими. И ей бы держаться от него подальше, а не его синие глаза вспоминать. Вот и не вспоминала... Днём. Ну а снами она управлять не умела.
***
Слухи слухами, а подготовка к самому волнующему событию осени шла полным ходом. Слизеринцы скалились, гриффиндорцы огрызались, рейвенкловцы с хаффлпаффцами делали ставки. Суббота, седьмого октября 1967 года, а вместе с ней и осенний финал по квиддичу неумолимо приближались.
О флаконе с недопитым сливочным пивом, предназначенном для таинственного зельевара, Санька вспомнила только во вторник, когда увидела Рудольфуса, прошедшего мимо них с Эжени в своей извечной компании - Беллатрикс, Рабастан, Валери Нотт, здоровяк Реган Мэдисон и нахальный забияка Квинтус Флинт.
Последнего она узнала лучше не так давно и даже немного зауважала после блестящего ответа на сдвоенной трансфигурации. МакГонагал и то расщедрилась на десять баллов. Хотя обычно больше пяти не присуждала никому. Загонщик Слизерина теперь казался довольно приятным парнем. Сложно представить, что именно его сын будет капитаном команды во времена учёбы Гарри Поттера. Насколько она помнила кадры из фильмов, Маркус Флинт был тем ещё уродом. Видимо, пошел в отца, Квинтус ещё тот страшила. Но, оказалось, к этому легко привыкнуть. Да, не красавец, конечно, и рожа скорее зверская, но улыбка Флинта могла быть на редкость обаятельной, жаль даже было, что среди слизеринцев часто улыбаться не принято. Эти ребята умели держать лицо и, наверное, среди них были неплохие игроки в покер. Правда, Санька была не уверена, что магам вообще известна эта игра.
Когда девушки разминулись с компанией слизеринцев, Эжени шумно выдохнула и пробормотала: «Высокомерные гады!»
- Ну что ты, Эжени! Они просто прошли мимо, - постаралась смягчить подругу Осинкина.
- Ага, игнорируют нас, словно мы пыль у них под ногами!
- Такое воспитание, - предположила Санька. - Артура сегодня выписывают. Правда, хорошо?!
- Да? Я встретила утром Сэмми, помощницу целителя, она сказала только завтра.
- Бедный Артур, когда я навещала его утром, он сказал: «До вечера!». Я думала...
- Ну правильно, - хихикнула Эжени, сворачивая к гостиной Гриффиндора. - Надеется, что ты подаришь ему невинный поцелуй на ночь.
- Эй, хватит уже!
Санька опять была в непонятках. Раньше её почему-то не раздражали подколки друзей по поводу их предполагаемого романа с Уизли. Даже льстили такие разговоры. Но после злосчастного поцелуя Магнуса Нотта рыжик снова начал её тяготить. Она честно навещала его в больничном крыле дважды за день. Они с Артуром активно общались, но чувство неловкости не покидало. Возможно потому, что Артур бурно радовался её приходу, хватал за руку, едва она садилась на табурет, заглядывал в глаза, и так огорчался, когда она собиралась уходить, что ей всё это казалось нарочитым. Каким-то не настоящим, что ли.