ты считаешь, Трой? Чем мысли юноши отличаются от мыслей такого матёрого боевика, как ты? Почему ты не хочешь поговорить? - А я что делаю сейчас? Не знаю, чем отличаются, - недовольно откликнулся Хейли. Посмотрел мрачно на портрет и не удержался: - Я ненавижу тебя, Бойд! И ненавидел все эти годы. Двадцать три года - ты хотел знать, сколько прошло времени. Какого хрена ты погиб? Зачем, ну зачем стал играть в эту тупую игру на седьмом курсе? - Замена понятий, - фыркнул Бойд. - Ты любил меня, Трой, все эти годы. Двадцать три, да? Просто ты был обижен, что я оставил тебя одного, такого несчастного и одинокого. - Ни хрена ты не понимаешь, психоаналитик хренов! - Это я тебе рассказал, кто они такие! - торжествующе усмехнулся Бойд. - Да ты сам-то видел хоть одного? - фыркнул Трой. - Ни хрена ты не видел! Всё по верхам, увлёкся этими маглами, но так же, как и всем остальным - ненадолго. - Много ты понимаешь! - не обиделся мальчишка. - Я чары хорошо знал. Ты-то наверняка до сих пор моешь посуду руками? Скажешь, нет? - Мне не сложно! Я вообще предпочитаю многое делать руками. Тебе не понять. - Я ж говорил! Трой, дружище, я знаю тебя, как облупленного. Вот скажи, кто ещё в курсе, как ты сох по своей Летти? Молчишь, кривишься? Вот именно. А что ты мечтал стать наставником в ковене? Что хотел поколотить некоего Прюэтта, но понимал, что он тебе не по зубам? Что мечтал, чтобы барыги в Лютном дрожали от звука твоего имени. Дрожат, а, Берсерк? Мечтал потерять девственность с вейлой... не удалось, да? А кто ещё знает, что ты обожаешь выстругивать из дерева забавных зверюшек; бродить по лесу просто так, вслушиваясь в звуки; съедать хрустящую корочку у булочек с корицей мадам Паддифут, а остальное накрошить совам. Я все твои секреты знаю. И ты говоришь, нам не о чём разговаривать? - Ты знаешь секреты, которые уже никому не интересны. Что-то сбылось, что-то нет. И что? Я давно переболел и первую любовь, и... - ...потерю друга. А незаметно, Трой. Меня ты не забыл. Не можешь отпустить, да? - Это ненормально! - Хейли вскочил и заходил по комнате. - Ну кто тебя просил разговаривать, придурок? Мне выспаться нужно, завтра свадьба! Чем я занимаюсь? Болтаю с дурацким портретом! Да что ты знаешь про моего друга? - Всё, - холодно произнёс Бойд. - Все мысли и чувства. Всё, что случалось в жизни. Я наизусть помню все книги, которые прочёл. Я - это слепок памяти Грея Бойда. Но знаешь, что, Трой? Человек - это и есть его память. И знаешь, что ещё? Имей в виду, я на полном серьёзе... Я бы на месте министра запретил писать портреты и их зачаровывать. Совсем запретил! - Почему? - от удивления Трой снова опустился на стул. - Потому что это бесчеловечно! Мне так обидно, что я всего лишь портрет! И самое поганое знать, что ничего я в жизни не достиг, не осуществил ни одной мечты. Не женился, не воспитал детей, и никогда уже не буду нянчить внуков. Не погуляю на твоей свадьбе, никогда больше не набью тебе морду... Джонни, мой племянник, растёт безотцовщиной. И если я был бы жив... Чувства-то никуда не делись, понимаешь? Трой, забери меня или сожги портрет к мордредовой бабушке. Что тебе стоит? Инсендио и всё. - Что ты говоришь такое? - Не пугайся, это не убийство. Я давно уже умер, хотя так и не смог понять, как такое могло произойти со мной. Ведь ничего не предвещало! Я измучен и проклинаю тот день, когда затеял эту дурь с портретом. Если бы ты забрал портрет себе, может, стало бы легче. Ты всегда меня понимал. А так... Я б запретил портреты, Трой. Не плачь! Трой Хейли и не знал, что он ещё способен плакать. С удивлением тронул мокрую щёку. Вздохнул судорожно. - Что я могу сделать? - спросил с мукой в голосе. - Палочка с собой? - решительно спросил Грей. - Есть одно простое заклинание. Оно гасит портрет, делает его простым рисунком. Я потому и заговорил, сразу хотел попросить. Но... Это ведь ты, Трой! Мой лучший и единственный друг, захотелось поговорить напоследок... - Давай поговорим! - Если только поклянёшься, что потом применишь это заклинание к портрету! Ты должен это сделать. Я больше никому не доверю такое. Трой молчал долго, очень долго, а Грей терпеливо ждал, не нарушая тишины. Только вглядывался в лицо Хейли, словно хотел запомнить навсегда каждую черту повзрослевшего друга. - Что за заклинание? - Трой не знал, было ли в его жизни что-то страшнее, чем этот простой вопрос. - Я сделаю, Грей, клянусь! Только расскажи о себе. Ты обещал, помнишь? Что ты мне всё-всё расскажешь, что было за последние полгода в твоём Дурмстранге. Они разговаривали несколько часов. Трой задавал вопросы, переспрашивал, они даже несколько раз от души посмеялись. Хейли рассказал другу о Чарити, про её непослушные кудряшки и смешные тайны. Бойд всегда умел слушать. - Береги её! - сказал он. - А знаешь, мой друг, тебе очень повезло, что ты её встретил. Ведь полюбил, да? Вот так, сразу? - Не сразу, - задумчиво возразил Хейли. - Только когда она попросила заплести косу. Знаешь, я не умею. Возился с её потрясающими волосами и вдруг понял, что никому не отдам! Понимаешь? - Ещё как! - серьёзно сказал Бойд. - Это хороший день, чтобы уйти. Клятва, Трой! - Уже?! - растерялся Хейли. - Но... - Пора. Отпусти своих демонов, Берсерк! Живи, друг, расти сыновей. Наслаждайся тем, что тебе дано. И вспоминай меня иногда без этой твоей ненависти. Ты ведь не шутил, да? - Нет. Да. Прости меня, Грей! - Ты прости, мне жаль, что мы так и не напились, как взрослые. Я ухожу счастливым. Только тебя и ждал все эти годы. Я не хочу быть ни призраком, ни портретом. Никогда не хотел... Уж лучше честная смерть. Говорят, если портрет погасит таким заклинанием самый близкий человек, то душа - не смейся - родится через девять месяцев в младенце. Дурь, да? Так знай, что ближе тебя у меня никогда никого не было. А теперь всё, не тяни, умоляю! Заклинание, Трой. Я готов! - Прощай, Грей, и у меня не было лучшего друга, чем ты! - Прощай, Трой. И будь счастлив. Заклинание оказалось неожиданно мощным, портрет окутала дымка. Когда она рассеялась, изображение Грея как будто чуть смазалось. Глаза смотрели весело, друг улыбался чему-то. Чему-то хорошему и светлому. Трой дважды его позвал, и когда ничего не изменилось, рухнул на кровать, мгновенно забывшись сном. Разбудила его Дженни. - Пора, Трой! Завтракай и отправляйся за невестой. Всё уже готово. Первым делом он бросил взгляд на портрет и поразился произошедшим изменениям: Грей Бойд был изображён мальчишкой лет десяти, не больше. - Я никогда не видел этот портрет! - сказал он Дженни. - Откуда он? - Портрет Грея? Да висел в кабинете отца, сколько себя помню, - растерянно сказала она. - Наверное, папа и принёс. Ну, может для тебя, не знаю. Ты в порядке? Хейли задумчиво кивнул. Конечно, он в порядке. Только... Разве такое могло присниться? - Тебе пора, - Дженни ещё раз улыбнулась и вышла из комнаты. - Прощай, Грей, - прошептал Трой, глядя на задорно улыбающегося мальчишку. Джонни, племянник, совсем был на него не похож. И к лучшему. Он быстро привёл себя в порядок, отказался от завтрака, только выпил чашку крепкого кофе. Поблагодарив хозяев, почти бегом вернулся к себе в дом. Крыльцо преобразилось. Ступени стали шире, завершаясь наверху широкой площадкой перед дверью с резными бортиками. По бокам площадки были приделаны скамейки, а посредине лежал самоочищающийся коврик. Стоило на него встать, как его обувь подверглась атаке неприметных щёток. Пара секунд и шуршание прекратилось. Он давно о таком мечтал, только до покупки руки не доходили. Крышу он уже смотреть не пошёл, метнулся в дом, на ходу удивляясь переменам и чистоте. Вспомнил было о покупках, но сумок нигде не было, видимо, разобрали без него. Застыл на минуту у кровати в спальне. Она стала вдвое шире. Или... Ну конечно, заменили на новую, на его холостяцкой койке не было таких металлических завитушек у изголовья. Постельное бельё новое и подушек - целых четыре. Трой покачал головой. И вздрогнул от стука в дверь. Так коротко и дробно стучал только патрон. - Сэр, - распахнул он дверь. - Я не поверил Бастинде, что ты ещё здесь, - усмехнулся Ричард Лестрейндж. - Волнуешься? - Не знаю, - он и правда не понимал, всё было слишком странно. - Возьми, это портключ к месту бракосочетания. Не дело аппарировать перед церемонией, - Лестрейндж вложил ему в руку маленький серебряный кубок с тремя ручками. - Там же ещё её отец? - Спасибо! - обрадовался Хейли. - Да, мистер Бербидж. Больше у неё никого нет. - Понятно. Подарок нравится? - Ричард посмотрел с намёком в сторону спальни. - Кровать! А я-то не мог понять, откуда... Спасибо, сэр! - Ладно, мы вас ждём. Ты уж постарайся недолго. Чарити плакала в своей комнате, когда он вошёл в дом её отца. У Троя сжалось сердце. Но вид Бербиджа, который преспокойно завтракал в кухне, немного успокоил. - А вот и жених! - воскликнул тот довольно. - Дочка с утра боится, что вы передумаете. Я же отвечаю, что не бывать такому. Не слушает. Хоть вы ей скажите... Черри! Невеста уже сама выскочила из комнаты. Растрёпанная, с покрасневшими от слёз глазами, несчастная и растерянная. Увидев его, замерла на мгновение, а потом бросилась на шею. Трой подхватил, неуверенно гладя по чудным растрепанным кудряшкам. - И что случилось? - Я кольцо потеряла, - губы скривились, как у ребёнка. - Всё обыскала! И Акцио не действует... - Ты что, колдовала? - испугался он. - Не я, а папа. Не нашли! - Чарити, я же говорил, что вешать его на шею - дурацкая идея, - вздохнул Трой доставая палочку. Возможно, его Акцио сра