- А вы можете идти, - шепнула им Мюриэль. - Поговорите, ребята, вернётесь к последнему танцу, он примерно через три четверти часа.
Уговаривать их не было нужды. Гости провожали парочку добродушными взглядами. Фабз показал большой палец. Санни, кажется, улыбалась сквозь слёзы. Джейми смотрел с откровенной завистью и тоже показал большой палец.
- Хватит бежать, - остановила его Валери, когда они вырвались в холл. - Ты как?
- Чуть не умер, - ответил он с удовольствием, тут же прижав её к стене. Но сразу отпустил, только упёрся руками о стену по обе стороны от невесты. - Мерлин, я поверить не могу до сих пор!
- Сволочи, да? - хмыкнула Валери, кладя руки ему на грудь. Намотала на руку галстук зачем-то. - И что тебя убедит в реальности происходящего?
- Один поцелуй! - сразу ответил Гидеон. - Или два, или...
- Вперёд! - скомандовала мисс Нотт, потянув его за галстук. А потом и вовсе обхватила за шею тонкими руками.
Мир медленно сходил с ума, а Гидеон был незаслуженно, несправедливо, безумно счастлив, осуществляя самые смелые свои мечты. По крайней мере, часть своих мечтаний и надежд. Нужно было время, чтобы склеить эти надежды обратно.
- Ты меня любишь? - спохватился он запоздало, отрываясь от таких сладких губ невесты. - Я-то люблю. Мордред, как глупо, да?
- Ужасно глупо, - усмехнулась она и погладила его по щеке. - Кажется, я тоже влюбилась.
- Кажется? - возмутился он. - Валери, ты смеёшься?
- Да, милый. Мне просто надо привыкнуть. Ещё поцелуешь - и скажу точно.
- Ты смеёшься, - вздохнул он. - Хорошо же.
И только спустя целую вечность, она оттолкнула его и, задыхаясь, призналась:
- Люблю! Дай передохнуть. Ты рад?
- Безумно, - он словно только сейчас пришёл в себя, с удивлением оглянувшись. - Показать тебе мою комнату?
- Преждевременно, - покачала она головой. - Но если обещаешь держать себя в руках...
- Просто посидим, поговорим, - ласково попросил он, заправляя прядку волос за её розовое ушко.
- Веди, мой рыцарь. Нам стоит поспешить и привести себя в порядок для последнего танца.
- Согласен, - он крепко держал её за руку, ведя в свою комнату. Боялся, что исчезнет? Кто знает.
- Уютно, - оценила Валери. - Где тут ванная? Подождёшь пять минут?
Гидеон смог только кивнуть, распахнув перед ней дверь.
А сам подошёл к камину и постарался осознать происшедшее. Отца хотелось поблагодарить и высказать ему всё наболевшее. Но только смысла нет. Засмеёт ведь. Потому только поблагодарит - вежливо, почтительно и спокойно. Мордредов змей! А ещё следует поблагодарить мисс Хоган за её условие. И Санни, что пришла к нему с просьбой. Как же он их всех сейчас любит... И весь мир в придачу!
*** Филиус Флитвик не слишком жаловал эти дни накануне Нового года. Да-да, каждый год с двадцать шестого по двадцать девятое декабря у декана Рэйвенкло шла полным ходом проверка накопившейся не слишком важной почты неприличных размеров, пересмотр всех дел прошедшего года, в том числе финансовых и прочих документов.
Мог бы и не заниматься всем этим, с финансовыми документами у него всегда был порядок, брат Эри как-то пошутил, что Филиус заткнёт за пояс гринготтских гоблинов в отчётности и кончит жизнь всё тем же холостяком под обрушившимися на него счетами. Отец тогда дал брату подзатыльник, велел за собой присматривать и не забрасывать тренировки - то, что третий сын родился, не повод расслабляться. Флитвик брата любил, а племянников обожал. И с тёплым чувством ждал начала января, чтобы оставить Хогвартс и навестить семью в их селении, которого нет ни на одной карте обоих миров. Частично подарки уже были куплены и упакованы, оставалось только подобрать что-то для мамы и это Филиус отложил на двадцать девятое декабря. Выберется на Косую Аллею, посидит в любимом французском кафе с горячими хрустящими круассанами и ароматным кофе, пройдётся после по лавочкам Косой Аллеи и Лютного - никогда не знаешь, где наткнёшься на что-то интересное и эксклюзивное. А маме подарок всегда покупался самый необычный. Её коллекция могла поспорить даже с собранием редкостей Кристиана Робертса. Филиус вздохнул, вспоминая последний визит к старинному другу. В тот день к Кристиану забежал внучек, до чего хорош, и как же похож на деда и отца! На деда меньше, разве что руками с красивыми длинными пальцами. Малыш мог бы стать чудесным пианистом в магловском мире или хирургом. В магическом же...
Впрочем, к чему гадать. Филиус и так понял уже, что перед ним юный зельевар. Даже прежде чем его отрекомендовал дед. Было у зельеваров что-то особенное во взгляде, в манере чуть заметно принюхиваться, пробовать любое блюдо или красивую печенюшку сначала кончиком языка, потом словно уходить в себя, пережёвывая первый кусочек. Постоянная работа над способностями. Старика Принца даже жалко. Не то, чтобы Флитвик близко был с ним знаком, но короткий рассказ Кристиана вызвал малую толику сочувствия. Ненадолго, но факт. Сам дурак, конечно, этот Принц, но... Родня ведь. Флитвик с трудом понимал, как можно отвернуться от родни. Нет, люди разные, но у гоблинов такое не случается. Практически. Может, потому, что каждый гоблин свято чтит свой долг перед родом, перед семьёй, перед потомками. Папа, вот, исключение, долг свой как-то иначе воспринял. И хорошо, что так. Чудеснее мамы он никого не смог бы найти. Уже почти семьдесят, а Эсмеральда Флитвик по-прежнему красавица. Что значит хороший климат, отсутствие суеты больших городов и полностью раскрытый магический потенциал! Папа ещё тоже молодцом, да у гоблинов и век чуть не поболе, чем у самых живучих волшебников. Восемьдесят - ещё не старость даже. Филиус потянулся, размял затёкшие мышцы, подумал с завистью о брате, Кахлеморе Эреборе Флитвике, и о его ежедневных тренировках. Можно было, конечно, сменить форму на истинную - с тех пор, как Дамблдор числится гостем Мунго, такие метаморфозы могли остаться незамеченными. Позанимался бы. Выручай-комната могла и тренировочный зал в гоблинском стиле предоставить. Да только всегда существовала опасность, что кто-то из преподавателей захочет навестить Филиуса в самый неподходящий момент. Или вездесущих домовиков пришлют, а этому племени Филиус не доверял, донесут, не задумываясь. А обратная трансформация в маленького смешного и безобидного декана Рэйвенкло довольно долго длится, не меньше трёх минут. И ощущения при этом очень близки к самым изощрённым пыткам. Особо впечатлительным дамам, маленьким детям и глубоко беременным лучше рядом не находиться. Да и для взрослых магов то ещё зрелище. И что там одна тренировка?! Или даже десять в полгода. Братец Эри - как звали первенца Эсмеральды, Кахлемора Эребора Флитвика, почти все, включая отца в благодушном состоянии - всё равно оставался грозным противником для собственного близнеца, да и для других бойцов клана. На зимнем турнире противопоставить ему Филиус сможет мало что, побьёт его Эри, как пить дать побьёт. Хорошо, если декан Рэйвенкло продержится больше тех позорных прошлогодних сорока секунд. Только мама права, надо уже воспользоваться своей сильной стороной - способностями, недоступными гоблинам вообще и Эри в частности. И наплевать, что так нечестно. Филиус последние три года тренировал беспалочковую магию. Вот и удивит неприятно зазнавшегося брата. Пусть Эри и ростом выше, и куда мощнее Филиуса даже в его истинном виде, зато декан Рэйвенкло и поизящней, и посимпатичней будет. И дамы засматриваются, нда. Только хочется ему не благородную гоблинскую красотку, а... вторую Эсмеральду! Он усмехнулся - дожил! Раньше таких мыслей что-то не наблюдалось. Размечтался некстати на старости лет! Это где же такие водятся, чтоб не побоялась дублёной зеленоватой кожи, клыков и когтей? Филиус передёрнулся от собственных мыслей и плотнее завернулся в толстый плед. Вроде и щелей в его башне нет, комната уютная, камин пылает жарко, а всё равно зябко ему одинокими вечерами. Письма приманил беспалочковым, чем ближе поездка домой - тем чаще он тренировался. Синих конвертов нет - те он читает сразу, едва получив. Так уж повелось у него на факультете. Ученики узнают это друг от друга. И синие конверты летят к Филиусу с пернатыми почтальонами с разных концов света - недаром он декан самого умного факультета в Хогвартсе, разлетаются его птенцы кто куда, искать счастье и применение своему уму и неординарным способностям... Птенцы разлетаются, а он остается пестовать новых. Счетов тоже нет, их Филиус чует шестым чувством и просматривает сразу. Ну, если гоблинские, то там и печать особая и форма письма. Нет здесь и посланий из дома. Эри, лентяй, не пишет вовсе, мальчишки очень неаккуратные корреспонденты - все в отца. А мама посылает письма не реже раза в месяц, и Филиус эти пахнущие цветами и зелёным лугом послания тоже определяет сразу, держит возле кровати и перечитывает по многу раз. Не только из слюнявых соображений. Пишет Эсмеральда очень забавно, хорошим языком рассказывает обо всех и обо всём. И про дела в селении, и про то, что учудил папа, про Эри и его милую жёнушку, про новые достижения старшенького внука, названного в честь деда. Юный Бран всегда особенно рад приезду дяди, у парня определённые способности к чарам. И хоть бабушка учит его на очень хорошем уровне, Филиусу всё равно есть над чем поработать с юным дарованием. Ещё бы писал Бран ему в течении года, а не сва