Основные блюда все ели молча, но когда подали кофе и десерт, отец Аманды в упор посмотрел на Флитвика:
- Я так понимаю, что вы лишаете нашу дочь возможности сыграть свадьбу в ковене?
- Если таково ваше решение, то я готов примириться, - обтекаемо ответил Флитвик. - Однако если хотите знать моё мнение, то был бы рад устроить свадьбу здесь, в кругу семьи, когда мы вернёмся с моей родины.
- Которая неизвестно где, и мы даже представить не сможем, как живёт наша девочка?
- Почему же, - ответил Флитвик, готовый к подобному вопросу. - Если глава клана позволит, вы все принесёте клятву неразглашения и побываете там.
- Глава клана, - Стэнфилд прищурился. - Вы рассчитываете, что он может позволить нам посетить скрытое от всех людей поселение?
- Мой отец мудр и справедлив, - кивнул Филиус, пряча улыбку - семью удалось удивить в самом хорошем смысле. Лишь профессор Робертс отнёсся к новости спокойно, едва приметно усмехнувшись. Похоже, новый директор Хогвартса от души наслаждался непростой ситуацией. Это радовало. - Кроме того, моя мать - чистокровная волшебница, очень меня любит и имеет бесспорное влияние на отца.
Повторный шок семьи было видеть странно, не могли же они не знать, что он полукровка. Ну, или полугоблин. Робертс, благодарение небу, незаметно ему подмигнул. Оставалось вопросом, будет ли он так лоялен после трансформации жениха.
- Будет ли ваша семья добра к нашей девочке? - продолжил допрос отец Аманды, придя в себя.
- Более чем, - безапелляционно ответил Флитвик. - Я отправил им послание не далее как вчера. И вечером получил тридцать писем с поздравлениями, включая письма от отца, матери и брата. Все с большим нетерпением и радостью ждут нашего приезда.
- В вашем клане двадцать восемь семей?
- Я этого не говорил, - хитро улыбнулся Флитвик.
- Можно и мне спросить вас, сэр? - мать Аманды уже не скрывала своего хорошего расположения. - Я вижу, что моя дочь счастлива. Вы её любите?
- Больше жизни, - лаконично ответил Филиус, без улыбки посмотрев на мать своего сокровища. Правду ответить было не сложно. Метки не просто так ставятся, тут даже не любовь, а нечто большее наступает. Наследие отца, впрочем, не слишком его расстроило. Он этого ждал. Конечно, было бы грустно, если бы Аманда не согласилась выйти за него замуж, но этого уже не случилось. И да, умереть за неё он мог бы однозначно. Но теперь-то уже точно хотелось прожить подольше.
- Хорошо, - мистер Стэнфилд поднялся, и за ним встали его сыновья. - Мы готовы увидеть то, на что так непонятно намекала нам Аманда. Если это что-то опасное, то, возможно, Мэтти следует выйти...
- Папа! - возмутился ребёнок.
- Просто приготовьте успокоительное, - посоветовал Флитвик, с сомнением взглянув на хозяйку. - Для всех.
- Я принесла, - впервые подала голос Аманда и выставила на стол несколько флаконов.
- Клятву? - не слишком довольно спросил её отец.
- Без этого нельзя, - кивнул полугоблин, внутренне собираясь. Он встал и, взяв Аманду за руку, отошёл от стола, благо, место позволяло.
Профессор Робертс ненавязчиво предложил принять клятвы семьи, после чего и сам принёс клятву Флитвику. Стэнфилд попросту удалил стол взмахом палочки и не убрал её после этого.
Аманда неохотно отпустила руку жениха, но оставалась рядом, как он заранее её попросил. Он заметил у неё крохотную сумочку, надетую через плечо, в которой наверняка уже покоились все её вещи для путешествия.
Флитвик снял с себя плащ и отдал невесте. На этот раз на нём кроме рубашки был кожаный жилет и те же кожаные штаны. Точно такие были и на мистере Стэнфилде с сыном, явно не дешёвые. Было приятно, что ради него они даже оделись по-парадному.
- Я демонстрирую это не для хвастовства или других низменных побуждений, - счёл нужным предупредить Флитвик. - А лишь потому, что уважаю семью будущей супруги и считаю своим долгом показать свой истинный вид.
Только мальчик выказывал нетерпение, сверкая глазами и переступая с ноги на ногу. Стэнфилд перетёк в боевую стойку, его сын выглядел расслабленным, но явно был настороже. Робертс успел неприметно переместиться ближе к Флитвику и демонстрировал лишь спокойное внимание.
Тянуть дальше было чревато, и Флитвик отпустил давно бунтующую силу. С боевиков он ни на секунду не сводил взгляда, ощущая, как раздаются плечи, отдаляется пол и трещат, разрастаясь, кости. Ласковое внимание Аманды помогало с достоинством пережить дискомфорт, доходящий до нестерпимой боли. Тогда перед ней одной он почти ничего не почувствовал, потому что был слишком занят охватившим влечением. Но и сейчас смог удержать лицо невозмутимым.