***
- Домашний арест! - рявкнул Долохов, едва они вернулись с бала. - Никаких прогулок, никаких магазинов, никаких друзей!
Агнешка, которая с ним не разговаривала, молча вздёрнула подбородок и гордо потопала к себе наверх. Наверное, разрушать свою комнату.
Антонин скрипнул зубами, велел Ерофеичу подать самогон и устроился на кухне. Каркаровы его покинули, лишив заодно Агнешку компаньонки, которой срочно приспичило выскочить замуж за грубого солдафона. Рокси могла найти и получше, тому же Нотту понравилась - сколько бы проблем сразу решилось. Так нет же!
Самогон Ерофеича пробрал до костей. Антонин блаженно зажмурился, закусил солёным огурчиком, хрустящим, с пупырышками. И почти ощутил, как уходит нервное напряжение. Сразу пришло и решение проблем. Простое, как кнат, и красивое, как обнажённая вдовушка в разобранной постели. Он даже вскочил, спешно освежив дыхание, бросился наверх и бодро стукнул в дверь комнаты названной сестры.
- Собирайся! - велел с ходу, как только дверь распахнулась. - Ты едешь на свадьбу Рокси, и возражения не принимаются.
Глаза Агнешки расширились.
- Почему это? - надо же, заговорила!
- Потому! Компаньонки у тебя нет, и оставаться в этом доме дальше неприлично. Я всё сказал. Через пятнадцать минут чтобы была внизу! Ладно, полчаса!
- Здесь Ерофеич есть! - крикнула Агнешка, когда он уже спускался.
- Не считается! - помахал он рукой, очень довольный собой.
Второй кубок самогона он опорожнил куда медленнее, отсалютовав скептически настроенному домовому. Составить компанию хозяину Ерофеич согласился неохотно. И теперь потягивал из глиняного кубка свою любимую медовуху. Огурчики пошли на ура. Долохова даже не слишком смущала подозрительная тишина наверху.
- Сова улетела, - произнёс домовой, который всегда чувствовал весь дом.
- Пускай, - отмахнулся Антонин, смакуя следующий кубок. Похрустев очередным огурчиком, он лениво поинтересовался: - С каких пор тебя волнуют ночные полёты совы?
- С тех пор, как они научились относить послания, - фыркнул Ерофеич. - Сова понесла предмет тяжелее обычного пергамента. Уж не портключ ли, судя по магическому отпечатку.
Долохов прокрутил в голове забавное слово «портключ», попытался припомнить, есть ли они у Агнешки, а припомнив, вскочил, пошатнулся и в обалдении уставился на появившуюся возле камина девушку с множеством соломенного цвета косичек в причёске. Видение капитана «Холихедских Гарпий» у себя дома не то, что было его голубой мечтой, но входило в разряд происшествий под кодовым названием «несбыточная фантазия».
- Та-ак, - произнёс он как можно серьёзнее. - Рад приветствовать, и всё такое. Вы тут как?
- Нормально, - усмехнулась мисс Маршалл. - Если что, я согласна.
- На что это? - поразился Антонин, спешно прогоняя фривольные картинки с капитаном в главной роли. Последний раз женщины сами вешались ему на шею на седьмом курсе Хогвартса. Собраться с мыслями после трёх кубков фирменного самогона Ерофеича оказалось непросто.
- Стать компаньоном вашей подопечной на время каникул, конечно! - отрапортовала девушка и задорно улыбнулась. - Вы закусывайте, сэр. Я не стану мешать. Только скажите, где мне найти мисс Мнишек.
- Вверх по лестнице и направо, милая леди, - вмешался Ерофеич. - Я немедленно приготовлю вам покои!
- Спасибо, уважаемый, - улыбнулась домовому девушка, насмешливо глянула на хозяина и упорхнула на лестницу.
Антонин рухнул на стул и потряс головой.
- Что... это... было? - спросил он Ерофеича.
- Лучший сорт самогона. Как ты ещё встал, удивляюсь, - покачал головой домовой. - По идее, должен был свалиться после второго кубка. Девушка права, закусывай, твоя милость! А я пойду, комнату приготовлю.
Долохов удивлённо поглядел на мутный напиток в прозрачном кувшине, пожал плечами и, прицелившись, нацедил себе ещё один кубок. Компаньонка, значит, нашлась. Дальше мысль не шла, буксовала. Нашлась... Пришлось выпить, чтобы прочистить мозги.
Сразу стало хорошо, очень хорошо. Долохов блаженно улыбнулся, уронил голову на руки и решил немножко отдохнуть. В его доме всё спокойно, а он так устал! Стар он уже на балах отплясывать...
Пробуждение вышло не таким славным. Антонин застонал, пытаясь сфокусировать взгляд. Но сразу зажмурился.
- Живой? - послышался заинтересованный голос Ерофеича.
- Какого хрена, - еле ворочал языком Долохов, отказываясь открывать глаза снова, - ты ставишь на мне эксперименты, старый? И как давно?
- Всю жизнь, и не только на тебе, - хохотнул домовой. - Не прибедняйся, твоя милость, выпей вот рассольчику.
Антонин горько вздохнул, покорно ухватил жбан с рассолом и присосался к нему, пока не осушил до дна. Осоловело взглянул на верного домового и уже нормальным голосом поинтересовался: