Руди показал ему кулак. Они с Бель составляли прекрасную пару, как всегда. Питт уже открыто держал за руку Андромеду, Ники с Уолденом были заняты только друг другом, а Цисси в белом платье пританцовывала, ожидая гостей.
Санни встретилась с ним взглядом и тут же опустила ресницы, порозовев. Сердце у Басти на миг замерло и забилось с удвоенной силой. Он решительно пересёк несколько разделяющих их ярдов и предложил Санни руку. Её кузен насмешливо поглядел, но препятствовать не стал. Отошёл и предложил руку Нарциссе.
Санни положила пальчики на его предплечье и пошла рядом, глядя куда угодно, только не на него.
— Как прогулялась? — почти равнодушным тоном спросил Рабастан.
На него глянули подозрительно.
— Хорошо, — всё же ответила она. — А ты?
— Лучше, чем ожидал, — негромко сказал Рабастан, заметив, как порозовело маленькое ушко.
— Спасибо, что поймал, — поблагодарила Санни. И вдруг призналась: — Падать было очень страшно.
У него сжалось сердце, захотелось подбодрить:
— Это было очень смело. Ты молодец!
Благодарная улыбка была лучшей наградой.
— Если хочешь, как-нибудь повторим, — нерешительно произнесла она.
И Басти еле сдержал порыв заорать на весь большой столовый зал что-то вроде: «Да!» или «Хочу, конечно!». И ответил вполне спокойно:
— Только позови.
Чувствуя сумасшедшую нежность, Рабастан отодвинул ей стул и сам занял место рядом. Все вокруг рассаживались за парадный стол в произвольном порядке. Мама смотрела с беспокойством, Руди поглядел одобрительно, а крёстный наградил нечитаемым, но внимательным взглядом. Санни сидела рядом с очень прямой спиной и чуть к нему повернулась:
— Басти…
— Да?
— Можно тебя попросить?
— Всё, что угодно, — поспешил ответить он, но представил, что Санни просит отказаться от неё, и ворчливо добавил, — в разумных пределах.
Она не удивилась, только кивнула:
— Конечно. Если откажешься, я пойму, правда.
Начало его уже насторожило.
— Смелее, Санни, — пробормотал он, радуясь, что подали ужин. Он придвинул к себе тарелку, но аппетита так и не было.
Санни тоже едва ли съела десятую часть на тарелке. Он уже поверил, что просьба так и не прозвучит, когда она тихо спросила:
— Можно мне поработать в твоей мастерской? Надо сделать один артефакт, я не успела дома.
— Можно, — улыбнулся он, уже предвкушая, как это будет. Ободряюще накрыл своей рукой и легонько сжал её руку, лежащую на столе. — Срочно?
— Там работы на час, может, чуть больше, — руку она не отдёрнула, и Басти посчитал это хорошим знаком. — Хорошо бы завтра с утра.
— Насколько рано? Я могу встретить тебя у дома Робертсов и вместе прогуляемся ко мне домой.
— Часов в восемь нормально? — спросила Санни. И тут же добавила: — Может, попросить Беллатрикс пойти с нами?
— Зачем это? — удивился он, но тут же спохватился. — Ах, ну да. Можно Бель и Руди попросить. А что делать будешь?
Она шаловливо улыбнулась, но тут же смутилась, встретив его взгляд. А что поделать, если ему безумно захотелось её поцеловать?
— Пока секрет, но, если захочешь — покажу, когда сделаю.
— Договорились, — быстро сказал он и погладил её пальчики. — Встретимся в восемь.
Все уже стали подниматься, и Басти только тогда понял, что не слышал ничего, что говорили за столом гости или родные.
Прощаясь, он поцеловал ей руку. Поймал на себе ещё один задумчивый взгляд Антуана Робертса и поглядел с вызовом. Взгляд крёстного выразил предостережение: «Не делай глупостей, Басти», — так и слышался его голос. Словно Басти не вёл себя образцово весь этот сумасшедший день! Да он вообще ничего себе не позволил! Чисто ангелочек. Одному Мерлину известно, чего это ему стоило. Как только гости ушли камином, Рабастан поспешил к себе. Стоило ещё раз принять холодный душ и пораньше лечь спать.
***
— Дикон, что ты думаешь? — Бастинда терпеливо ждала, пока муж расстегнёт все крючки на её платье.
— Насчёт чего? Твоё платье великолепно, но без него ты мне нравишься гораздо больше.
— Ричард! Я про Басти.
— А что не так? Он был тих, улыбчив и дивно вежлив, не сказал ни одной гадости и ничего не натворил.
— Вот это и удивляет.
— Её отец дал однозначное добро на его ухаживания за Санни, — Ричард стянул платье с её плеча.