«Спасибо вам, мисс Честершир!»
«Лучше зовите меня Шани, мисс Прюэтт. Мне всего одиннадцать лет».
«Тогда вы зовите меня Санни, — она невольно улыбнулась. Невеста Флинта ей очень понравилась. — Шани, вы могли бы мне написать вечером, как самочувствие мистера Нотта?»
«С радостью, мисс… Санни».
«Привет Флинту, надеюсь, ваш жених в порядке...»
«О да, мисс, что с ним станется?! Он же такой, от него мантикора одна удрала».
Санни ужаснулась. И где они этих мантикор находят?
«Спасибо вам, Шани. Мне пора на обед. Было приятно с вами пообщаться».
«И мне тоже. Пока, Санни! До вечера».
Дощечка наконец остыла, и Санни заставила себя встать. Лакки уже положила на кровать её наряд, бормоча, что останется здесь, а то неровен час… Дальше её причитания Санни не слушала. Наскоро приняв душ, так как время ещё было, она оделась в приготовленный наряд и пошла вниз.
Все уже собрались за столом, кроме неё и Джейми — кузен как раз нагнал её у самой столовой. И они вместе увидели, что за гость ожидался к обеду. «Чёрт!» — по-магловски ругнулся Джейми, а Санни непонимающе пожала плечами. Долохова она уже не раз видела и не понимала, что так взволновало Джейми.
Тем не менее к её ещё большему удивлению, кузен нацепил на себя самую широченную улыбку, ведя её к столу.
— Извините нас за опоздание, — весело сказал он. — О, мистер Долохов, очень рад вас приветствовать. Как поживаете, сэр?
— Мистер Прюэтт, мисс Прюэтт, — кивнул им Антонин Долохов, метнув на кузена непонятный взгляд, от которого у Санни мурашки побежали по спине.
— Присаживайтесь, — усмехнулся чему-то хозяин дома. — Прошу извинить мою супругу. Работа с очень сложным зельем не позволила ей присутствовать на обеде.
Санни села напротив Северуса, Долохов казался опасным и непредсказуемым. Оставалось удивляться, зачем Антуан Робертс его пригласил. И только потом она пожалела о выборе места, ведь напротив Долохова пришлось сесть Джейми. А она вдруг вспомнила разом, что Долохов опекун Агнешки. Всё сразу встало на свои места: и пристальный взгляд Долохова на кузена, и вызывающе-спокойный взгляд Джейми в ответ. Санни ужаснулась и слегка пнула кузена под столом. Мол, что ты творишь?
Джейми одарил её мягкой улыбкой: «Не суетись, всё под контролем». Вот ведь... Мужчины!
Подали первое блюдо, точнее, оно появилось само перед каждым из сидящих, и Санни ощутила, как проголодалась. Все отдали должное обеду, но как только подали чай, Антонин Долохов посмотрел прямо на неё:
— Счастлив снова вас видеть, мисс Прюэтт. Как поживаете?
— Хорошо, сэр. А вы?
— Тоже нормально. Уже виделись с моим учеником? Этот волчонок очарователен, не правда ли?
Санни удивлённо посмотрела на скалящегося Долохова, догадываясь, что тот говорит про Басти, но вдруг вспомнила про Нотта.
— Ой, профессор! Мистер Робертс! Я только что узнала, что на Магнуса Нотта напала мантикора. Он сильно ранен, но целитель говорит, что поправится через несколько дней.
Выдохнув это на одном дыхании, она увидела, как изменился в лице хозяин дома, и перестал улыбаться Долохов:
— Твою мать! — выдохнул он по-русски. — Откуда вам это известно, мисс? Вы с ним переписку ведёте?
— Не с ним, — спокойно выдержала его взгляд Санни. — Я переписываюсь с Шани Честершир, это невеста Квинтуса Флинта. Ей всего одиннадцать, но она очень разумная девочка.
И ведь не соврала ни словом. И какое кому дело, когда они познакомились!
— Джейми, — Робертс поднялся и швырнул на стол салфетку. — Боюсь, нам придётся отложить запланированные на сегодня дела. Мне нужно навестить мистера Нотта. Антонин, ты со мной?
Долохов тоже поднялся:
— Да, прогуляюсь. Мисс Прюэтт, вы умеете удивлять. Кстати, Джейми, правильно? Вы что-то хотели мне сказать?
— Ничего особенного, сэр. Я вполне могу дождаться вашего возвращения.
Долохов хмыкнул и повернулся к Санни:
— Кажется, я понимаю, что волчонок в вас нашёл, — сказал он.
— Почему вы зовёте его волчонком? — нахмурилась Санни. Бесцеремонность Долохова нервировала. — Вы же Басти имеете в виду?
— Я наставник вашего Басти, Солнышко Санни. А теперь скажите мне, красавица и умница, он вам хотя бы нравится?
— Я думаю, в своих чувствах мы разберёмся самостоятельно, мистер Долохов, — как можно вежливее ответила она.
Антонин широко улыбнулся:
— Туше! Не хмурьтесь, я не хотел вас обидеть. Просто близко к сердцу принимаю благополучие своего ученика. Послушайте совет, будьте проще, мисс, скажите ему о своих чувствах. И он весь ваш, навсегда.
— Так и сделаю, — стараясь не показать возмущения, Санни невольно вздёрнула подбородок. — Если захочу.