— Кого хороним? — громко спросил Джейсон, быстро всех оглядев.
Санни снова подняла руку, заслужив неожиданно одобрительные взгляды и от Ричарда Лестрейнджа и от Антуана Робертса.
— Привет, пап!
— Впечатлён, — Джейсон уставился выше её головы, и Санни взмолилась мысленно, чтобы Басти ничего не натворил. Но отец фыркнул и сел на скамью рядом с Ричардом. — Санни, детка, что скажешь?
— Пап, мы с Басти… с Рабастаном. Мы…
— Обручились, вижу. Ну так что, по своей воле или как? Всё-таки полная магическая и… нерасторжимая, верно?
— По своей! — поспешно ответила Санни. И оглянулась на Рабастана, задрав голову. — И Басти тоже по своей воле. Скажи!
В наступившей тишине Басти произнёс:
— Прошу у вас руки вашей дочери, сэр.
— Раз ей так хочется, не возражаю, — Джейсон пожал плечом и осторожно повертел в руках пыльную бутылку. — Сам же ей разрешил выбирать. А что за вино? Робертс, садись уже. Молодёжь, идите, прогуляйтесь, что ли? А мы тут пока по-стариковски потолкуем.
Санни поспешила вскочить и следом за всеми выскользнула из кухни. Не сговариваясь, отправились наверх, Басти всех пригласил в свою спальню — единственную обжитую комнату в замке.
Рудольфус рухнул в кресло и вдруг широко улыбнулся Санни, которая поспешила занять другое. Питер с Андромедой заняли диванчик. Беллатрикс села на колени к Руди, обняв его за шею. Басти навис над Санни, поглядев проникновенно и указав глазами на брата.
— Я первая его заняла!
— Санни, это моё кресло, — Рабастан потянул её за руку. — Но ты можешь так же, как Бель.
— Тут достаточно широкие подлокотники, — засмеялась она. — Ну, Басти!
Ей стало совестно, когда он послушно сел на подлокотник, положив руку на спинку.
— Не волнуйся, — сказал Руди, глядя на неё. — Сейчас они выпьют и договорятся.
— Мы поступили неправильно? — спросила Санни, ощутив, что Басти погладил её по голове.
— Нормально, — усмехнулась Беллатрикс. — Главное, вовремя сообщили Рудольфусу.
— А как ты догадался? — оживилась Санни, глядя на довольного и расслабленного Рудольфуса. Даже не верилось, как он пугал её всего несколько минут назад.
— Борги с тортом, — фыркнул Руди. — Тут и гадать было не нужно. Я не припомню ни разу Борги с тортом. А ты, Басти?
— Понятия не имею, где он взял этот торт, — Рабастан заправил прядку ей за ухо. — Это ужас, Руди. Лорд Прюэтт на меня так посмотрел, словно выбирал проклятие позаковыристей.
— Папа добрый, — сказала Санни, чувствуя себя виноватой.
— Сам чуть не поседел, — Руди усмехнулся. — Санни, это для тебя он добрый, и то, подозреваю, не всегда. Не расстраивайся, он был очень… дружелюбен. Я худшего ожидал. Кстати, где твой кузен? И наша мама ещё не знает!
— И бабуля, — добавил Рабастан. — Санни, ты такая худенькая, подвинься. Кресло достаточно большое.
Руди взмахнул палочкой и их кресло стало шире почти вдвое.
— Спасибо, брат, — кисло сказал Басти, присаживаясь рядом с Санни.
Андромеда с Беллатрикс дружно рассмеялись. Санни, покраснев, улыбнулась и немножко придвинулась к Басти. Обидно как-то стало за него. Он сразу притянул её поближе, и, осмелев, она положила голову ему на грудь. Теперь она слышала, как быстро бьётся в его груди сердце.
Но стоило пригреться, как появился домовик Ричарда.
— Хозяин просит мастера Рабастана и его невесту спуститься в кухню.
Басти вскочил и подал Санни руку. Она испуганно оглянулась на Руди, вставая.
— Да не пугайся, — Руди усмехнулся. — Просто спросят ерунду какую-нибудь. Например, когда свадьбу планируете. И отпустят.
И когда они вышли в коридор, Санни сразу спросила:
— А когда свадьба, Басти?
— А когда хочешь? — улыбнулся он, крепко держа её за руку. — Ладно, не пугайся. Закончишь Хог, я сдам ТРИТОНы, тогда и отпразднуем. Нормально?
— Да, — она выдохнула. — Нормально.
Побоялась, что он скажет «завтра». А так, вроде бы неплохо, до выпуска ещё далеко. Успеет привыкнуть.
— Поедем в Индию, например, — продолжил Рабастан. — На медовый месяц. Там здорово. Хотя у меня и здесь есть тот самый океан, но всё-таки попутешествовать с тобой вдвоём было бы круто.
— Я бы хотела, — тут же согласилась она. — А может, ещё куда-нибудь?
— Подумаем. И океан всегда при нас будет в саквояже.
Замечтавшись, она почти спокойно вошла на кухню. Ричард Лестрейндж, её отец и Антуан Робертс выглядели вполне спокойными.
— Присаживайтесь, — Антуан указал им на скамью рядом с собой.
— Санни, — едва они сели, отец пристально на неё поглядел: — Помолвку мы решили отпраздновать десятого января здесь, в Лестрейндж-холле. Ты остаёшься жить у директора Робертса до этого времени. Насчёт свадьбы что-нибудь думали?