Когда я подошла к воротам, меня словно окатило знакомым ощущением — как-будто кто-то пристально наблюдал за мной сзади. Я невольно поёжилась и передёрнула плечами, сердце учащённо застучало. Я обернулась, окинула взглядом пространство вокруг, но никого подозрительного не увидела. Успокоившись, я списала свои ощущения на собственную мнительность и нервы, накопившиеся за прошедшую неделю.
Сделав глубокий вдох, я переступила через порог Южных ворот. Впереди меня ждала дорога и неизвестность. Каждый шаг давался все уверенней. Я шла, стараясь держать рюкзак на спине — ровно, глаза — открытыми, а разум — сосредоточенным. Я шла вперед к своей новой жизни, надеясь, что все ужасы моего первого дня останутся на улицах города, от которого я быстро удалялась.
Глава 10.
Дорога сначала вела меня через окраины Альдурии. По бокам тянулись небольшие поля, заросшие травой и редкими дикими цветами, между ними встречались ухоженные огороды и низкие дома, где жили ремесленники и торговцы. Отовсюду доносились голоса людей, детский смех, стук молотка на кузнице, скрип телег, проезжающих мимо. Вокруг то тут, то там глаз цеплялся за небольшие проявления магии: вот женщина аккуратно подняла горшок с землёй, не касаясь его руками, чтобы переставить на другое место; а тут мужчина направлял воду прямо из ведра с помощью легкого магического импульса, и струя, казалось, сама скручивалась в аккуратную спираль, орошая огород. Если не присматриваться, всё это выглядело почти незаметным, естественной частью быта. В воздухе витали запахи свежевыпеченного хлеба из ближайшей пекарни, вспаханной земли и росистой травы. На дороге то и дело встречались телеги с продуктами, гружёные мешками и корзинами, а собаки перебегали путь, создавая шум и движение. Всё это создавалo ощущение жизни, полной привычных забот и тихого, размеренного ритма.
С каждым шагом город всё больше отдалялся — гул его улиц постепенно стихал, запахи солёного порта исчезали. Перед глазами распахнулась долина, по которой протекала широкая, спокойная река. Дорога шла вдоль её берега, и вода отражала чистое небо. Здесь почти не встречались прохожие, лишь редкие крестьяне на пути к полям. Ветер, шелест листьев, мягкое журчание воды — всё это дарило мне ощущение умиротворения.
Я шла и вспоминала слова мистера Сильверсона: «Слушай, наблюдай и чувствуй. Магия — это лишь часть пути». Я замедлила шаг, стараясь прочувствовать атмосферу вокруг. Я попыталась ощутить пронизывающие всё вокруг потоки магии, скрытые среди привычных вещей: едва заметное движение энергии в траве, тихое мерцание воды, слабо вибрирующие камни на берегу. Пока это было едва уловимо, но сердце уже начинало реагировать на малейшие изменения. Я понимала, что именно этому учил меня мастер: быть внимательной и восприимчивой, замечать детали, которые другие могли упустить, и различать магию там, где она кажется почти незаметной.
Спустя два часа пешей дороги на одном из холмов показались очертания постоялого двора. Белые стены с коричневыми ставнями выглядели ухоженно и аккуратно, из трубы поднимался лёгкий дым, в воздухе витал аромат душистых трав и жареного мяса. Рядом с основной постройкой виднелась конюшня, а чуть в стороне распологалась небольшая стоянка для дилижансов. Запряженные в них лошади неспешно переставляли ноги, фыркали и тихо ржали.
Двор перед таверной был наполнен суетой. Туда сюда сновали люди: кто-то ставил вещи на тележки или грузил их на крыши дилижансов, а кто-то наоборот выгружал свой багаж, некоторые просто стояли группами и разговаривали, кто-то курил чуть в отдалении, кто-то сидел на скамьях, расставленных вдоль стен постоялого двора. Неподалеку играли дети, перескакивая через небольшие ямы с водой. Я в нерешительности остановилась: впереди меня ждал первый контакт с людьми после выхода из города.
Наконец, я решилась и направилась к самому большому зданию во дворе — к таверне, чьи двери были приветливо распахнуты настежь. Изнутри доносились приятные запахи какого-то травяного отвара. Поднявшись по деревянным ступеням на крыльцо, я вошла внутрь и осмотрелась.
В помещении царила еще большее суматоха, чем снаружи. Смех, звон посуды, крики детей и гул разговоров смешивались между собой, создавая приятный гул. За столами сидели посетители — кто-то ел, кто-то спорил, а кто-то, наоборот, мирно дремал, уткнувшись лбом в кружку. Мимо лестницы, ведущей на второй этаж то и дело сновали люди, неся подносы с едой или унося пустую посуду. Я оглядывалась, стараясь привыкнуть к шуму и понять, где искать хозяина или хозяйку.