Она зарычала на него, наступая. Он знал, что зубастые сильнее вампиров, особенно новообращённые, но решил рискнуть, так как винил себя во всем, что с ней произошло.
– Хватит! Я сказал, хватит! – заорал он так, что она замерла, шевеля острыми ушами. – Иди ко мне, я буду тебя любить. Тебе сейчас нужен секс – яростный, зверский и полегчает, поверь мне. Ты вспомнишь меня. Такое не забывается, – он аккуратно подошёл к ней. Зубастая не двигалась. Зашёл за спину, она повернула голову в пол–оборота, искоса наблюдая за ним. Зорян аккуратно положил руки ей на бёдра с противоположных сторон и медленно поднял платье, сразу просовывая руку в трусы, лаская ягодицы, анус и половые губы. Она подсознательно расставила ноги и чуть подвинула таз к нему. Он не растерялся и ввёл палец внутрь. Зубастая начала двигаться на нём.
– Пошёл вон, – процедил хозяину дома и тот быстро исчез, несясь так, что даже один тапок по дороге потерял. – Всё будет хорошо, девочка, прими меня, после поговорим и решим, что с тобой делать, – уже шептал он ей на ухо, с силой орудуя пальцем. Следующим его движением стало сгибание её вперёд и поглаживание по напряжённой спине, безжалостное разрывание трусов и вхождение каменным членом в жаждущее лоно.
Толчки были яростными, такими, каких она ещё не ощущала с ним никогда. Он безжалостно её трахал, зная, что только такой секс нужен, когда вампир невменяем и постоянно хочет крови. Именно сексом можно остановить любого вампира и дать ему, таким образом, мощную замену жажды. Зорян не знал что нужно в таком случае зубастым, но догадывался, что ещё яростнее секс и старался довести её до такого оргазма, чтобы зубастая начала рвать когтями стену перед ней. И его действия увенчались успехом, она действительно начала драть стену, оставляя глубокие следы от когтей, рыча и мотая головой.
– Да – да… – выдохнул, тоже бурно кончая.
Она обратилась в элитного вампира, распрямилась и повернулась.
– Что это было? – увидев Зоряна в глубине душевной дыры даже обрадовалась, но решила не показывать вида, каким щенячьим восторгом наполнилась её внутренняя бездна.
– Я занимался с тобой любовью, страстной такой, какая нужна была тебе. Тебе было хорошо?
– Да. Что со мной происходит? Я… будто проваливаюсь в бездну и у меня перед глазами только кровь.
– Это пройдёт, просто я должен быть всегда рядом и ты научишься себя контролировать, а бурный секс это наша единственная альтернатива заглушить жажду крови.
– Значит теперь я твоя подстилка?
– Нет, ты моя сексуальная партнёрша.
– Это одно и то же.
– Не совсем, подстилка это Кира и Вазуйка. Ты же только моя и я никому не позволю к тебе прикоснуться.
– А если я сама захочу кого–то другого?
– Я убью тебя.
– Ничего себе заявки! Я что твоя собственность?
– Да! С того самого момента как я увидел тебя в вашем мире: ты – моя во всех твоих пониманиях, как собственность, тело, разум, ты вся моя с ног до ушей, даже теперь и как низшая зубастая.
Девушка устало присела на каменный уступ у забора.
– Я не хочу быть зубастой, что мне теперь делать?
– Мы поймём только тогда, какая сущность в тебе больше преобладает, когда узнаем, кого ты выпила первым: человека или вампира. Здесь ты убила продавщицу, а человека тебе негде было взять, и я боюсь, что скоро ты полностью обратишься в зубастую. Тогда мне придётся долго приручать тебя, хотя бы, чтобы ты осталась в моём доме как служанка.
Василина вздохнула.
– А как это узнать?
– Кровь вампира, ты её увидишь и обратишься в зубастую, и если не сможешь остановиться, то всё станет ясно. Но в тебе сейчас в любом случае борются две силы. Подождём. А сейчас летим ко мне. Завтра в академию и пока сделаем вид, что ты элитный вампир без грязной крови зубастой, – он обнял её и прислонился к уху. – Хочешь ласкового секса? Я буду очень нежен и хочу, чтобы ты кончала от моих рук и языка.
Её затрясло, да так, что и отвечать уже было не нужно. Он всё понял.
– Какая ты сексуальная и темпераментная. Я тоже хочу тебя так, как будто только что не трахал тебя так яростно, что ты порвала стену.
Она не могла сопротивляться его обаянию, в теле всё отзванивало и хотелось, чтобы он продолжал говорить такие вещи, от которых она истекала.
– Говори ещё… – прошептала.
– Мои пальцы будут теребить твой клитор так быстро, что ты будешь кончать и расставлять ноги сильнее, в надежде, что я войду.
– О – о – о…
Они летели, и он засунул пальцы левой руки ей в половые губы, нашёл обещанную точку и начал тереть, другой рукой обхватил грудь, прижав к себе, сминая и играя с соском через тонкую ткань.