– Здравствуйте Миша, вы… вы в порядке?
Задавая этот вопрос, Ольга попутно разглядывала мужчину у порога его собственного дома, а внутренняя тревога девушки набирала все более новые обороты. С каждой секундой что-то внутри сиделки буквально кричало о том, что слово «в порядке» здесь явно не самое подходящее. И хотя глаза Михаила были направлены прямо на Ольгу, в них она видела лишь затуманенный взгляд. Взгляд, который смотрел сквозь человека. Взгляд, который обрел собственный разум и сейчас этот разум улетел за границы реальности, туда, где миру людей попросту нет места. Этот взгляд мог принадлежать солдату, получившего контузию на поле боя или же наркоману, принявшему слишком большую дозу. Глаза таких людей не отображали ничего, кроме бесконечной и холодной пустоты.
«Я сталкиваюсь с этим взглядом каждый день – внезапно отозвался голос внутри Ольги, прежде чем она успела понять, что голос в ее голове отображает ее собственные мысли – Я вижу этот взгляд практически в каждом, кому я вынуждена помогать найти новый смысл в жизни. Но Михаил… что же теперь происходит с вами?»
Мимолетные мысли улетучились из головы сиделки так же быстро, как и появились. Разглядывая мужчину, Ольга лишь еще раз убедилась в том, что он выглядел крайне измученно и опустошенно. Выглядел так, словно ему никто и никогда так и не объяснил, насколько в жизни важен регулярный сон и здоровое питание.
В одной руке вдовец держал свою спортивную кофту, измятую и завернутую в ком. Рука сжимала кофту настолько сильно, что пальцы успели приобрести бледный оттенок, а сама кисть то и дело сотрясалась в неугасаемой дрожи. Конечно же сам мужчина не замечал своего неестественного поведения и это лишь еще раз дало понять Ольге, что что-то не так.
– Михаил – волнительно произнесла сиделка, намеренно повышая свой голос и пытаясь достучаться до сознания мужчины напротив – Да что с вами? Вам плохо?
В сознании Михаила слова Ольги были переплетены невидимой нитью, которая связывала их в одну большую и неразборчивую кучу букв. Как не пытайся понять их смысл, связующая нить обрывалась раз за разом и это наводило лишь тоску и огорчение. Сейчас он ощущал себя ребенком, перед которым была разложена череда деревянных кубиков с нарисованными картинками и большими буквами из алфавита. И теперь маленькому мальчику оставалось лишь правильно расставить кубики и возможно тогда он найдет разгадку.
Но как рвется связующая нить, так и кубики загораются синим пламенем, стоит только Михаилу на шаг подойти ближе к значению слов Ольги. И все же он искренне старается изо всех сил. Возможно, если постараться немножко сильнее, тогда он поймет, чего хочет от него девушка. Девушка, имя которой сейчас вдовец держит в голове с огромным трудом.
«Вам плохо?»
«Нет, все хуже некуда, Оля – подумал Михаил – Я сошел с ума.»
С трудом сфокусировав свой взгляд на сиделке, Михаил понял: притворяться и говорить о том, что все хорошо просто не имеет смысла. Сейчас его вранье раскусил бы даже пятиклассник. Однако вдовец не растерялся и решил пойти обходным путем. Он не видел никаких возможностей сказать Ольге правду. В худшем случае она вызовет полицию. А в лучшем… вероятнее всего отпугнет девушку, и она больше никогда не пересечет порог его дома. И тогда единственное, что дает Косте силы улыбаться окружающему миру канет в лету и тьма внутри окончательно поглотит остатки его веры. И… у вдовца не будет выбора кроме как…
«Воспользуемся пистолетом по назначению? – голос мясника, разве что не убаюкивал сознание вдовца – пистолет для забоя скота это милосердие для животных. Попробуйте.»
Однако только сосредоточившись и развеяв эти дурные мысли, Михаил осознал, что правда и не потребуется. И зачем нужна правда, если ее можно заменить чем-то, что может хоть как-то оправдать его нынешнее состояние. Да, сейчас он чувствовал себя хуже некуда, однако Ольге необязательно знать из-за чего именно. Нужен был лишь небольшой толчок, подмена понятий, небольшой вымышленный фрагмент, который полностью оправдал бы его поведение. И тогда мужчина решил пустить в ход всю свою фантазию.
– Простите, Оля – заговорил Михаил, стараясь выглядеть еще более опустошенным, чем казалось на первый взгляд – По дороге домой на моих глазах сбили собаку. Это было ужасно. Беднягу сбили на смерть на полном ходу. Отбросило метров на двадцать. Я остановился и пытался ей помочь, но было уже поздно. Боже, там было столько крови…