Медленно встав с колен, мужчина лишь прошептал:
– К черту все это.
А после побрел к себе домой.
Глава 3: Новые обороты
Суббота. 26 ноября 2016 года. Полдень
Несмотря на все то, что пришлось пережить Михаилу за прошедшие сутки, пробуждение в собственной постели далось ему с удивительной легкостью. Способность миновать ужасающее воздействие похмелья на организм, всегда была для вдовца своеобразным спасительным кругом. Он был одним из тех, кто мог вливать в себя не один литр высокоградусного пойла, смешивая и разбавляя его с самыми несовместимыми ингредиентами.
При этом вдовец довольно быстро пьянел, а головокружение и приступ тошноты способствовали моментальному знакомству Михаила с любой горизонтальной поверхностью, где он довольно быстро и спокойно отрубался. Но по утру, источая плотный и убийственный аромат ночной выпивки, вдовец каждый раз просыпался налегке, словно последствия похмелья за него брал на себя кто-то иной. Кто-то очень отчаянный и смелый.
А потому открыв свои глаза, мужчина с облегчением обнаружил, что этот дар сохранился и по сей день. Голова совсем не раскалывалась после выпитого прошлой ночью и даже сухость в горле не так сильно мучила, как это бывает с другими людьми в дни особо продолжительных поглощений алкогольных масс.
Вторым фактором, который делал это утро чуть лучше, чем оно было на самом деле, являлось отсутствием ночных кошмаров. Михаил осознал это не сразу, но впервые за долгое время «Молочная даль» наконец отступила с поля боя его измученного разума. Вдовец еще не знал, что этот подарок судьбы был первым и последним в его жизни, но в это утро он испытал настоящую благодарность и наконец почувствовал, как некий груз огромным валуном скатился с его спины куда-то на дно всепоглощающей пустоты. Михаил был бодр, свеж и почти что счастлив. Он был благодарен каждому и одновременно никому, был благодарен вездесущим духам и всем известным Богам за эту ночь, за крепкий сон, которого вдовец не помнил уже весь последний год.
Тем не менее мужчина заметил, как сильно он успел пропитать постельное белье за ночь своим потом. Откинув одеяло, вдовец вдруг понял, что все это время он спал одетый, так и не переодевшись после своего «свидания с любимой женщиной». Однако этот факт его совсем не удивил. Михаил вообще с трудом припоминал, как ему удалось взобраться на второй этаж и добрести до собственной спальни, не сломав и не разбив при этом пару-тройку вещей и предметов мебели. И если учитывать, что поднимаясь, он ни разу не навернулся с лестницы в низ, то это точно можно считать очередной маленькой победой.
Однако радоваться новому дню было слишком рано.
Свою одежду Михаил снял, не вставая с кровати и одним резким движением бросил к двери, ведущей в коридор. После этого, взглянув в окно, а точнее за его пределы, он постарался понять, сколько сейчас времени могло быть, ведь вид серых облаков являлся частью как утреннего пейзажа, так и дневного… и даже вечернего. Однако вдовец был спокоен, потому как сегодня у него был выходной, да и самый из крепких его снов не превышал более десяти часов.
Все еще лежа на кровати, мужчина потянулся рукой до тумбочки в поисках телефона, однако на половине пути мгновенно поменялся в лице. Невольно глаза устремились в дальний угол комнаты, именно туда, где звуковой датчик без устали мигал ярко-красным огнем. Никаких звуков датчик не издавал.
«Черт – выругался про себя вдовец – Я не услышал сигнала… я не услышал сигнала!?»
За окном стоял первый час дня. Чуть ли не в припрыжку, Михаил пулей вылетел из своей спальни и направился прямиком в комнату сына. Обычно он никогда не пропускал мимо ушей звуковой сигнал датчика хотя бы потому, что с учетом его громкости это было попросту невозможно. Сигнал всегда был выставлен на максимальную громкость и оглушающий звон тут же поднимал на ноги любого, у кого имелось хоть что-то, наподобие ушных раковин. Но в этот раз Михаил облажался и облажался очень крупно.
«А вот и цена за крепкий сон – подумал вдовец, приближаясь к комнате своего сына – Господи, сколько же Костя пролежал так в одном положении?!»
Открыв дверь, мужчина обнаружил сына на его привычном месте – в собственной постели.
– Прости, приятель – принялся извиняться Михаил – Сам не знаю, как так вышло. Эта была чертовски трудная неделя. Ты должно быть давненько встал. Черт, похоже кому-то следует усерднее чистить уши перед сном, а? Мне правда жаль, давай-ка мы просто…